Лось, не закончив фразу, подхватил со стола лехин автомат и щелкнул предохранителем. Свет со стороны входа перекрыла чья-то тень. Леха щелкнул выключателем и фонарь погас.
Глава седьмая
"Я все лучше разбираю рисунок теней. Они сплетаются в узор, свет Кристалла плетет кружево из светлых и темных нитей. В нем прошлое и будущее людей, их проблемы, неудачи, радость и грусть. Можно сосредоточиться на одной, понять ее во всех подробностях, или увидеть их все, Монолитом, Единством. Есть те, кто воспринимает его и те, кто его не видит, не понимает, что является его частью. Не так давно эти вторые поставили под угрозу мою жизнь и жизнь других братьев. Сейчас Единство принимает решение. Уже приняло. Сил достаточно.
Я открываю глаза. На меня смотрят Оператор и Бродяжник.
- Идешь, Проводник?
- Конечно.
Тени танцуют на стенах лабиринта. Кажется скоро я смогу управлять ими..."
Свет загораживала медленно спускавшаяся по лестнице фигура в черном плаще. Человек подсвечивал ступеньки слабеньким фонариком. Когда ему оставалось четыре ступеньки Лось передернул затвор.
- Стоять! Здесь "Свобода". Назови себя!
Фигура развела в стороны руки и медленно подняла их. Луч фонарика уперся в стену. Сиплый голос произнес:
- Пацаны, не надо кипиша. Все нормально.
- Тогда чего ты здесь потерял? - спросил Лось.
Наклонившись к Лехе он прошептал:
- Направь на него фару и включи.
Щелчок тумблера. Поток света залил стоящего на лестнице. Тот инстинктивно загородил рукой глаза.
- Пацаны, в натуре, перестаньте! А то там наверху остальные занервничают, лимончик закатят. Пиши потом святому Петру объяснительные, что ты не при чем.
- Погаси, - сказал Лось Лехе.
Он успел при вспышке света разглядеть лицо бандита. Знакомое лицо, заметное. Раньше виделись. Кличку он не помнил, но это уже было не так важно. Фара потухла.
- Ну и иди себе с миром, не загораживай свежий воздух, - сказал он.
- Не, пацаны, так не пойдет. Любой с понтом под зонтом может сказать: "Свобода". Выйдите, покажитесь. Побазарим по понятиям. Мы ведь не беспредельщики какие. Шли мимо, видим двое сталкеров через мост бегут. Думаем: что за шухер? Стрелять в спину не стали, но по следам прошли. Такое дело... Вы на нашей территории, пацаны.
- А ты кто? Под кем ходишь?
- Вот это разговор другой. Сначала всегда надо определиться, ху есть ху. Я - Карыч, пахана Сявой кличут. Поляну стрижет Чапа с Затона. А вы, пацаны, кто?
Лось наклонился к Лехе и шепнул:
- Чапа - это Чапай. Есть такой... Я иду к ним. Ты не высовывайся, если что - поливай из автомата лестницу. Им тебя не взять. Гранаты разве что оглушат за этой загородкой. Только не вылазь и жди меня. Понял? И кликухи запомни.
- Уверен?
- Да. Сяву я знаю и этого мельком где-то видел. Договоримся.
Он поднялся и крикнул бандиту:
- Поднимайся, я следом!
Бандит повернулся и начал подниматься по бетонным ступеням. Леха перевел дыхание и только сейчас обратил внимание на то, как колотится сердце.
Вечерний воздух Зоны после бетонного подземелья показался нектаром. Лось вышел, глубоко вздохнул и снял шлем. Трое бандитов с уважением смотрели на его могучую фигуру.
- Будем знакомы. Я - Лось. Насчет "Свободы" тоже правда, да и Сява соврать не даст, - Лось огляделся. - Я думал он с вами.
- Могу проводить. Здесь не далеко, четверть часа идти, - Карыч поправил висевшую на ремне помповушку.
- Проводи. Если пахан рядом, то зачем сиськи мять?
- Нет проблем. Пошли. Ребята твои как?
Лось наклонился в дверной проем, крикнул:
- Держать вход, ждать меня! Все поняли!?
- Как скажешь! - отозвался изнутри Леха.