«Куда идти дальше, что делать, кого ещё тревожить?»
Но вдруг помещение озарилось мягким голубым светом — это виртуальный ассистент снова активировался.
— Зигратар Клометриус, с вами хотят выйти на связь, — проговорил он ровным, но почему-то напряжённым голосом.
Директор слегка повернул голову. Янтарные глаза замерцали сильнее.
— Кто именно? — произнёс он, его рот открылся узкой щелью.
— Лейтенант Тор'вен. Связь устанавливается…
Лию словно ударило током. Её сердце подпрыгнуло и замерло где-то в горле.
— Что? — выдохнула она. — Он… жив?
Голограмма в центре комнаты вспыхнула, и над консолью возникло изображение лейтенанта Тор'вена — его лицо было частично скрыто тенью, а позади мерцали приборные панели космолёта. Но что-то было не так. Его выражение — холодное, собранное — не несло обычной уверенности. На лбу тень царапины, на воротнике — следы ожогов.
— Зигратар, — обратился он, голос резонировал с помехами. — С группой всё в порядке. Были... технические неполадки. Пассажиры временно… выведены из активного состояния. Я принял меры, чтобы избежать паники.
— Что значит "выведены из активного состояния"? — директор медленно встал. Его рост казался ещё более внушительным, когда он выпрямился во весь рост. Лия почувствовала, как холод пробежал по спине.
— Не волнуйтесь, — ответил Тор'вен. — Жизни студентов вне опасности. Мы находимся в стабилизированном положении на орбите Эвисари. Связь была прервана из-за защитного протокола. Сейчас я жду эвакуационную группу.
— Ты нарушил протокол, Тор'вен, — тихо, но жёстко сказал Клометриус. — Ты должен был отправить срочный сигнал.
— Ситуация не позволяла. Поверьте, я действовал по обстоятельствам, — взгляд Тор'вена метнулся в сторону, как будто он что-то услышал за пределами кадра. — Простите. Связь… прерывается.
Голограмма затрещала и погасла.
Лия стояла неподвижно, сжав кулаки.
— Он солгал, — прошептала она. — Я видела его взгляд. Он что-то скрывает.
Клометриус не ответил. Его глаза мерцали в напряжённой тишине. Через мгновение он произнёс:
— Вирт-ассистент, срочное восстановление черного ящика рейса 779-А. Свяжитесь с Главным Командованием.
Он повернулся к Лие.
— Ты была права, Лия. Начинается расследование. Но я советую тебе... быть осторожной. Некоторым правдам лучше не появляться на свет слишком быстро.
Глава 13. Тайная подготовка.
Зигратар Клометриус стоял неподвижно, его шесть янтарных глаз светились словно лампы тревоги. Несколько мгновений он молчал, обдумывая что-то в глубине сознания. Лия, чувствуя, как её пульс грохочет в висках, не отводила взгляда от директора. Она ждала — надеялась услышать хоть какое-то утешение, хоть крупицу правды. Но вместо этого прозвучало иное.
— Лия, — проговорил он, наконец, и голос его был тихим, но давящим, как холодный туман. — На этом этапе... тебе лучше покинуть кабинет.
— Но... — она шагнула ближе, не веря. — Я должна знать! Это мой брат! Что происходит?
Он поднял одну из своих длинных, прозрачных рук с четырьмя суставами, давая понять, что разговор окончен.
— Ты уже сделала всё возможное. Дальше — не в твоей юрисдикции. Не вмешивайся глубже, чем следует, — добавил он с интонацией, в которой сквозила не угроза, но предупреждение.
Виртуальный ассистент вежливо, но настойчиво подал голос:
— Прошу вас проследовать к выходу, курсант Лия Крылова.
Лия отступила на шаг. Её грудь стянула острая волна негодования и беспомощности. Она сжала зубы, не позволяя себе взорваться прямо здесь. “Юрисдикция…? Это мой брат. Он был на том корабле. И что-то с ним случилось. Я чувствую это каждой клеткой.”
Сжав кулаки, она медленно развернулась, шагнула к двери. Металлические створки мягко разъехались в стороны, выпуская её из полумрака кабинета.
На пороге она остановилась и, не оборачиваясь, произнесла:
— Я всё равно выясню правду. С юрисдикцией… или без неё.
Двери с шипением закрылись за её спиной.
Лия вышла в коридор, но не пошла прочь. Она сделала всего пару шагов, потом резко остановилась, словно кто-то внутри неё – что-то древнее и упрямое – удержал её на месте. Медленно, бесшумно она вернулась к двери кабинета директора и замерла рядом с ней, прижавшись ухом к металлической поверхности.
За тяжёлой звукопоглощающей створкой царила тишина. Сердце Лии стучало так громко, что казалось, будто оно само могло выдать её. Она уже хотела подумать, что ничего не услышит, как вдруг дверь зазвучала.