Рик пытался поймать ее взгляд, но тщетно, она все так же старательно избегала его, изучая витрины и безвкусные елочные игрушки.
— Почему вы не можете писать здесь? Что именно вам мешает?
Бинго! Вопрос задел ее. Она, похоже, не ожидала его, а потому, буквально выпучив глаза от испуга, Лорал посмотрела на него и сбивчиво пробормотала подрагивающими губами:
— Просто не могу и точка! Здесь напрочь отсутствует нужная мне атмосфера. И знаете… мне кажется, что вас это абсолютно не касается, — она нервно хихикнула. — Зачем я вообще оправдываюсь?
— Ладно, — Рик немного подумал, прежде чем продолжить. — Когда вы улетаете?
— Завтра. Рано утром. Я уже забронировала билеты, — незамедлительно ответила Лорал.
— Что же… Все так же отказываетесь подписать с нами договор?
— Книга еще не готова, так что я не вижу в этом смысла на данный момент. У меня еще есть время, чтобы подумать. Я дам вам ответ тогда, когда работа будет идти к завершению.
— Что же… хорошо…
С каждой фразой паузы между словами становились все длиннее, а разговор все более неловким.
И Рик никак не мог этого понять, ведь ему было предельно просто с Лорал. Ему даже казалось, что она смогла стать ему другом, с которым можно поговорить о чем угодно, но вот они шли по узкой улочке и молчали, а он не мог найти ни одной темы для разговора. В одночасье они стали чужими людьми, ничего не знающими друг о друге. И та пустота, образовавшаяся между ними, была оглушительной. Рику стала как-то не по себе от этого.
Он знал, что Лорал оставалась для него загадкой лишь потому, что он совершенно не знал ее. Он знал автора и его работы, но не знал самой Лорал.
Они прошли еще немного вперед и остановились возле магазинчика, в витрине которого на подносах были аккуратно выложены булочки, обсыпанные корицей. И во взгляде Лорал, которым она смотрела на маленькие произведения кулинарного искусства, Рик заметил неподдельное вожделение.
— Нравятся? — иронично выгнув бровь, спросил Рик.
— Они выглядят аппетитно.
— Хочешь?
— Да, пожалуй, я съела бы парочку, — пожала плечами Лорал и поспешила к входу.
Она распахнула дверь и выжидающе посмотрела на Рика, который не особо спешил. Чертики, которые плясали в ее карих глазах в этот момент были ему так знакомы. И только тогда в изгибе ее бровей, в игривом взгляде, он наконец-то понял, что в ней ему было знакомо. Лорал чем-то отдаленно напоминала Джаки. Она словно бы была похожа на нее, но в то же время была другой.
— Вы идете?
Рик внимательно прислушался к ее голосу, пытаясь найти в нем знакомые нотки, но нет, ее голос был более низким, более грубым, но в тоже время не менее приятным.
— Рик, — вновь обратилась к нему Лорал. — Ты идешь?
— Да…
Рик направился к ней. Ему хотелось отбросить эти мысли. Они казались параноидальными, а потому глупыми. Но как бы ни старался, не мог. Идя вдоль столиков магазинчика, он все так же продолжал внимательно изучать Лорал. Эти неестественные крашенные белокурые пряди. Джаки ненавидела блондинок и вряд ли когда-нибудь сама решилась бы покраситься. Как-то раз она сказала, что единственным цветом, в который она окрасила бы свои волосы был изумрудно-зеленый; и не потому, что он ей шел, а потому, что в детстве она смотрела какой-то мультфильм, в котором был «брутальный персонаж с зелеными волосами». Рик не знал, почему он вдруг вспомнил об этом именно сейчас, но это воспоминание заставило его улыбнуться.
— У вас есть что-нибудь на тесте без яиц?
Рик прислонился к барной стойке, раздумывая над своим заказом, пока Лорал разговаривала с продавцом.
Женщина нагнулась к прилавку.
— Остались лишь французские булочки с творогом и маковый рулет… Ой, подождите… Еще есть блинчики с грибами. В остальных мы используем дрожжевое тесто на яйцах. Что-нибудь желаете?
Лорал закусила губу, изучая предложенный ассортимент.
— Да пожалуй… Дайте мне маковый рулет и… и… мокачино с корицей, но без сахара.
— Хорошо. Позвольте повторить ваш заказ: мокачино с корицей без сахара и маковый рулет. Все верно?
Лорал кивнула.
— Мистер, а вы что-нибудь желаете?
— Эспрессо без сахара с кардамоном и сэндвич с тунцом.
Вскоре они забрали свои заказы и сели за свободный столик. Время было позднее, но свободных столиков практически не было. Лорал сняла свою парку и повесила ее на спинку кресла.