Рик прекрасно помнил ту ночь и помнил всё, что чувствовал тогда. И сейчас ему было не лучше. Ему было душно и жарко, он чувствовал себя преданным. Преданным и раздавленным. Он никогда не думал, что Джаклин Мария Трот способна на подобное. Что именно она воткнет кинжал ему в спину. Впервые за долгое время он испытывал невероятную злобу и ярость по отношению к ней. И, как ни странно, сейчас он хотел лишь одного — отомстить ей. Хотел, чтобы она ощутила на своей шкуре, всё то что ощутил он. Он чувствовал эту ярость, обволакивающую и давящую, как та жаркая ночь в Палермо.
========== Глава 28. ==========
Прошёл сочельник, и Рождество осталось позади. Наступила спокойная зимняя пора. Это время в Лондоне не было столь ажиотажным. Как всегда считала Джаки, бессмысленно ажиотажным. Ее всегда бесили маленькие дети, поющие рождественские песенки на улице. У неё не было причин не любить Рождество, но всё же с годами неприязнь к нему лишь росла. Вот почему она так любила то время, которое наступало после всей этой суматохи. Это спокойное время, когда все мирно возвращалось в привычное русло. Она надеялась, что и у нее все вернется на круги своя.
Джаки закончила перепись книг, что вчера были доставлены со склада, и вышла из кладовки. Сейчас она была в магазине совершенно одна, ведь ей маленький магазинчик должен будет открыт только на следующей неделе. Да и работники выйдут только через пару дней. Девушка была очень щедра и дала им чуть больше отпускных дней, чем обычно. Как бы глупо это ни звучало, ей хотелось сделать все самой. Занять себя настолько, чтобы не было времени даже передохнуть. Загружая себя — лишь так она могла не думать о том, какое колесо событий запустила. Лорал отошла на второй план. Сейчас не было ничего важнее, чем-то, что Рик думает о Тиме. После слов Алексис Джаки начала замечать сходства, о которых говорила подруга. И дело было не в его белых волосах и даже не в его глаза. То были его улыбка, то, как поднимались уголки губ, как искрились глаза. А когда его что-то злило, он точно так же размахивал руками. В каждом его жесте отражалось сходство. И девушка боялась, что это правда выйдет наружу. Это было единственным, чего она так боялась.
Джаки окинула взглядом первый этаж ее нового магазинчика, заполненный пустыми стеллажами. Все книги еще были убраны в коробки в кладовке. Пока что здесь было пусто и одиноко, но вскоре всё должно будет измениться. Однако даже в этой пустой комнате ей уже нравились произошедшие изменения. Они грели ее душу.
Она поднялась на второй этаж, где расположилась теперь маленькое книжное кафе. Единственное, о чём она сейчас думала, так это то, что это место было местом ее матери. Конечно, Джаки отошла от первоначального плана, сделав это место более молодежным, но в целом оно практически полностью соответствовало проекту матери. Круглые столики на толстых ножках с резьбой и мягкие зелёные кресла, обитые плюшем с ярко-бирюзовыми пуговицами, и подушками, расшитыми металлическими нитками.
Джаки взяла подушку с кресла, что стояло ближе всего к ней. С неё на девушку взирала маленькая мордашка мультяшной совы. Это был ее собственный проект. И даже если бы они не вписались в интерьер, она бы всё равно не отказалась от них. Потому что ей действительно нравились эти маленькие подушечки. В них было что-то родное и душевное, что-то, что она хотела сохранить.
Джаки бросила подушку на тоже кресло, где она лежала до этого, не особо заботясь о том, как она теперь лежит. Ведь весь смысл был в их небрежности.
Девушка зашла за барную стойку и включила кофемашину. Ей нужен был заряд бодрости, прежде чем она продолжит работу. Нужно было еще расставить все книги по полкам. С этим она хотела разобраться сегодня. Но, примерно прикинув масштабы бедствия, даже немного пожалела о том, что продлила отпускные для работников.
Кофемашина пискнула, оповещая о завершении приготовления кофе. Девушка поставила кружку на платформу и нажала на очередную кнопку. Раздался характерный писк, а после из него побежала коричневая жидкость и пряный с небольшой кислинкой аромат заполнил комнату.
Джаки глубоко втянула его носом и улыбнулась, предвкушая этот манящий напиток. Она, конечно, понимала, что опустошать свои запасы перед самым открытием не есть хорошо, но ничего не могла с собой поделать. Понимая, что уже и так немного разорила себя, Джаки открыла холодильник, вмонтированный в барную стойку, и достала оттуда невскрытый мягкий пакет со сливками. Не найдя в баре ни ножниц, ни даже ножа: ничего из этого еще не привезли, девушка не придумала ничего более гениального, чем вскрыть пакет зубами. Она добавила сливки в кофе и убрала их в холодильник. Выключила кофемашину и забрала кружку. Сначала она хотела было сесть за столик и спокойно попить кофе, но все же решила спуститься вниз и приступить к работе, а ее действительно было много.