– Ирма Леонидовна, а что за психолог вызывал на беседу Анжелику? Можете сказать его имя?
– Мерзавец он, а не психолог, – плюнула женщина. – На всю жизнь запомню его имя – Денис Колчанов.
– Может, вы и имя следователя помните?
– А следователь наш – неплохой, пытался помочь. Но не смог, по Анжелике всё отлично видно было, что совсем умом тронулась. А зовут следователя Иван Александрович Борисов. Хороший парень.
– Мне очень жаль, что у вас всё так обернулось. Скажите, пожалуйста, раньше у Анжелики были какие-нибудь события или происшествия, которые могли привести к умственному расстройству? Возможно, какие-нибудь травмы, ушибы головы, психологические факторы. Может, в вашем роду или в роду мужа был кто-то с расстройствами психического свойства?
Женщина подумала, честно попыталась вспомнить, но ничего подобного не пришло на ум.
– Нет, знаете, я об этом тоже думала. Ведь не может же человек просто так сойти с ума, верно? Да, мы потеряли мужа и отца очень рано, но ведь она была тогда совсем ещё крошкой, год отроду. Она и не помнила его. Да и сколько таких семей. В целом в детстве ничего слишком трагического или шокирующего не было. Да, беднота, да, насмешки сверстников. Хотя мы живём в очень бедном районе, где каждый школьник похож на нас. Так что ничего такого не было. Даже после буйных клиентов Анжелика всегда оставалась оптимисткой, верила, что всё это ненадолго, что однажды нам очень повезёт, и мы сможем сбежать из этой дыры. А тут резко... и всё...
– Спасибо за помощь, Ирма Леонидовна. – Стивен Андерсон встал и достал из бумажника несколько крупных купюр. – Не сочтите за оскорбление, но я хотел бы выразить вам своё сочувствие.
Он положил деньги на стол и пошёл к выходу. Женщина так и осталась сидеть, глядя на деньги. А из её глаз медленно катились маленькие слезинки.
Глава 20
Следователя Борисова доктор Андерсон нашёл быстро. В этом районе его хорошо знали.
Разговор со следователем полностью подтвердил слова матери Анжелики Митроновой. Сумасшествие наступило внезапно. До этого Анжелика была обычной девушкой. Конечно, есть вероятность, что копившееся годами недовольство собственной жизнью, ужасная бедность и насилие со стороны клиентов могло внезапно привести к психическому расстройству. Но всё-таки что-то тут было нечисто.
Возвращаясь в клинику на такси, доктор Андерсон сделал несколько пометок в блокноте.
В кабинете Стивена Андерсона ждал результат диагностики пациентки Митроновой. Ничего особо подозрительного там не было. Однако некоторые показатели могли означать наличие в организме в недавнем времени психотропных веществ, но доказать это невозможно. Однако даже этого намёка Стивену Андерсону было достаточно.
Стоя возле кровати Анны Морозовой, доктор Андерсон размышлял. Он сопоставлял данные, выстраивал цепочки. Показания приборов по-прежнему не обнадёживали. Мужчина посмотрел на спокойное лицо пациентки.
– Надеюсь, сейчас тебя не мучают кошмары, Анна, – прошептал он.
Вернувшись в свой кабинет, доктор Андерсон набрал номер следователя Фролова.
– Никита Евгеньевич, вы можете просмотреть дела Морозова, где были похожие с делом Митроновой случаи?
– Доктор Андерсон, я как раз хотел вам позвонить. Я уже просмотрел дела Морозова. Нашёл несколько приблизительно похожих случаев. Практически во всех из них в качестве эксперта выступал Колчанов. К Морозову обращался кто-то богатый и влиятельный. Колчанов давал заключение о психиатрической неуравновешенности оппонента, и богач выходил сухим из воды. Доказать что-то будет нелегко. Может, они подделывали заключение, а, может, травили людей.
– Митронова, действительно, выглядит психически нездоровой, – отозвался доктор Андерсон. – Диагностика здоровья показала едва заметные следы психотропов, но это не доказать. Подобные остаточные вещества могли появиться по многим причинам. Но сдаётся мне, что Колчанов травил её, чтобы она сошла с ума. Мама Митроновой и следователь, который вёл её дело, уверяют, что она была абсолютно нормальной, пока не завязалось это дело. Несколько раз она посетила Колчанова, после чего стала невменяемой.
– И что нам это даёт в деле Морозовых?
– Я не знаю, что именно происходило в остальных случаях, это уже решать следствию. Я лично уверен, что Колчанов и Морозов проводили свои махинации, но однажды что-то пошло не так. И Колчанов убил Морозова, подставил Анну и теперь травит и её.
– Вполне правдоподобная версия, но как Колчанов убил Морозова, находясь в клинике? Его видели два человека и куча камер видеонаблюдения. В момент убийства санитар слышал его голос в кабинете. Уехал Колчанов на такси, что подтверждает водитель. Консьерж подтверждает время приезда Колчанова домой. Он не успел бы убить Морозова по дороге из клиники домой. Хотя всё это выглядит каким-то спланированным, вам не кажется? Приехал в клинику, засветился перед камерами, сторожем, санитаром. Потом якобы случайно разбудил консьержа. Если бы понять, как он мог убить, находясь в своём кабинете, то я бы не сомневался, что убил он.