– Да, разумеется, – очаровательно улыбнулся доктор Андерсон, сглаживая неловкость ситуации. К хозяйке дома снова вернулось самообладание.
– Хорошо, вы сказали, что Анна Морозова редко ездила на ваши мероприятия. А что насчёт гостей у них? Часто ли у них были приёмы? Приходил ли кто-то лично к Анне?
– Вы имеете в виду, был ли у неё любовник? – Елизавета Советова захихикала, изящно прикрыв рот рукой. – Не знаю, был ли у неё кто-то, но если бы Антон узнал, обоим бы не поздоровилось. Думаю, Анна это знала. Лично я ни разу не видела, чтобы к ней кто-то приезжал. Она ездила сама куда-то, но нечасто. И обычно не обсуждала со мной своих друзей. Опять же, если бы у неё кто-то был, она не решила бы покончить с собой, верно? Хотя они могли поссориться. Ох, могло быть всё что угодно. Но одно меня пугает: живёшь вот так спокойно, а с тобой по соседству неуравновешенная маньячка. Она же в любой момент могла зарезать и меня, представляете? – сделав несколько истеричных вдохов и выдохов, женщина достала сигарету и закурила.
Стивен Андерсон с любопытством наблюдал за быстрой сменой настроения собеседницы.
– Приезжал ли кто-то к Анне – я имел в виду подруг, с которыми я мог бы поговорить, – не удержался Стивен Андерсон от колкости. – Есть ли у неё друзья?
Хозяйка дома несколько секунд смотрела на собеседника, обдумывая, как отреагировать. Но тот лишь добродушно улыбался.
– Насчёт друзей и подруг не знаю, – призналась женщина. – Я никого такого не видела.
– Говорила ли вам Анна Морозова, что собирается покончить жизнь самоубийством?
– Нет, что вы! Для меня это было полнейшей неожиданностью. Она, конечно, была не самым жизнерадостным человеком, но я никогда бы не подумала, что до такой степени.
– То есть ни о каких жизненных проблемах Анна с вами не говорила?
– Нет, она даже избегала этих тем, когда я их заводила.
– А что с приёмами в их доме?
– Да, Антон иногда устраивал приёмы, но нечасто. Он много работал. Мой Кирюша по воскресеньям играл с Антоном в покер. Они собирались большой компанией, чисто мужской. Иногда у нас, иногда у Антона, иногда у Дениса. У них там свой график какой-то, я не интересовалась особо.
– У Дениса Колчанова? – уточнил доктор Андерсон.
Собеседница утвердительно кивнула головой и медленно перекинула ногу на ногу, демонстрируя глубокий вырез платья.
– Что вы можете сказать об этой мужской компании? – слегка придвинулся в кресле доктор Андерсон. – Я вижу, что вы умная женщина. Тонко подмечаете детали, нестандартно мыслите. Мне хотелось бы послушать о ваших наблюдениях.
Елизавета Советова закусила нижнюю губу от удовольствия.
Из всех умозаключений вульгарной красотки Стивен Андерсон сделал весьма неутешительные выводы в адрес российского светского общества. Но польза от посещения особняка Советовых всё же была. Он понял, что Денис Колчанов мало чем отличался от своего друга Антона Морозова. Что давало богатую пищу к размышлению.
Значит, стоит рассматривать вопрос лжи психолога более подробно.
О событиях того дня Елизавета Советова мало что нового рассказала. Они договорились с Анной поехать по магазинам, так как в воскресенье их ждали на приёме. Не дозвонившись до соседки, Елизавета Советова пошла проверить, что там с Анной. Наверняка опять притворилась нездоровой. Ворота и двери открыла своим ключом. Антон дал ей его давно.
Часто ли она заходила к Анне, пользуясь своим ключом? – Не то чтобы очень часто, но бывало. Иногда Анна упрямилась и притворялась нездоровой, чтобы никуда не ехать. Тогда приходилось её вытаскивать.
Была ли Анна против, что у соседки ключ от её дома? – Наверняка нет. Что же здесь такого? Они ведь соседи.
Был ли такой ключ у Анны? – Нет, конечно. Да и зачем ей это? Это её постоянно приходилось из дома вытаскивать, такая домоседка.
А когда она зашла в дом, то в гостиной обнаружила Антона всего в крови, рядом лежал окровавленный кухонный шеф-нож. Сразу же начала набирать номер полиции, попутно осматриваясь в поисках Анны. Нашла её без сознания в спальне. Вызвала и скорую помощь.
Не боялась ли, что в доме преступник? – Нет, она любит смотреть опасности в лицо. А также берёт уроки самообороны.
Все эти интересные детали необходимо было обдумать. Но одно Стивен Андерсон понял точно – он ни за что не хотел бы такой жизни, как у Анны Морозовой.
Он вспомнил, как подбадривал заигрывания Елизаветы Советовой, льстил ей и очаровывал, чтобы получить информацию. Да, нестандартные методы, конечно, хороши, но Анна была права, это неэтично. Да и неприятно.