— Знаю, — вздохнула я. — Пока это только направление, но это больше, чем было вчера.
— Тогда копай дальше, но… — он сделал паузу, — будь готова, что если это его структура, реакция может быть мгновенной. В цифре и… в других плоскостях.
Его слова, сказанные скорее как профессиональная предосторожность, все равно добавили тревоги.
— Спасибо, Егор. Я учту.
— Ладно, — он встал. — Я вернусь к своим фальшивым авам. А ты… копай. — Егор вышел, оставив меня наедине с круасанами и ароматным кофе, который не шёл ни в какое сравнение с моим офисным.
Я снова погрузилась в цифровые дебри. Искала любые упоминания «Фароса» в новостях, судебных базах, международных реестрах тендеров. Нашла пару упоминаний о мелких контрактах, выполненных сомнительными субподрядчиками. Ничего криминального на поверхности. Потом переключилась на крипто-кошелек «Evergreen Cascade». Анализ транзакций показал, что он использовался как временный шлюз. Деньги поступали, задерживались ненадолго и уходили дальше, в основном — на кошельки бирж, известных анонимностью или слабым контролем. Трассировка становилась почти невозможной.
— Уперлась в стену, — прошептала я, откидываясь на спинку кресла. Глаза болели от напряжения. Время шло. Скоро Морозов потребует отчет. А у меня — только подозрения и тонкая ниточка.
Тут зазвонил мой личный телефон. Незнакомый номер. Городской. Сердце ёкнуло.
Я взяла трубку, стараясь, чтобы голос звучал ровно:
— Алло?
— Варька? — Голос Кирилла. Но не обычный, бодрый и немного хвастливый. Он звучал… сдавленно. Напряженно. — Ты… не занята?
— Кирилл? Что случилось? — Я сразу насторожилась. Ответственность за брата сжала горло тисками.
— Да нет… ничего особенного. Просто… небольшая заминка. С деньгами. Ты не могла бы… ну, немного подкинуть? До зарплаты? Совсем чуть-чуть.
— Заминка? — Я прищурилась. Кирилл часто жил от зарплаты до зарплаты, но обычно просил взаймы с дурацкой ухмылкой, обещая отдать «с процентами в виде пиццы». Сейчас в его голосе была нотка страха, — Что за заминка, Кирюх? Опять гитару новую присмотрел? Или в покер проигрался?
— Нет, гитара не при чем… — он снова замолчал. — Просто… ну, старый должок всплыл. Небольшой. Я бы не беспокоил, но…
— Какой долг? Кому? — спросила я резко. — И почему «всплыл»? Ты же говорил, все старые долги закрыл.
— Да блин, Варь, неважно! — он вспыхнул, но тут же сбавил тон. — Просто… друзья. Ну, почти друзья. Обещали подождать, но сегодня приперлись, говорят, срочно нужно. Совсем чуть-чуть. Двадцать пять тысяч. Я через неделю верну. С премии.
Двадцать пять тысяч — для Кирилла, работающего звукорежиссером в небольшой студии, сумма достаточно ощутимая.
— Кирилл, — сказала я медленно, ледяная яма открывалась под ногами. — Ты в беде? Скажи честно.
— Нет! Что ты! — он слишком быстро ответил. — Просто… неудобно. Я слово дал, а теперь… подвел. Не хочу ссориться. Поможешь?
— Ладно, скину сейчас. Но, Кирилл… — я сделала паузу, выбирая слова. — Будь осторожен. И… если что-то не так, любое что-то — звони. Сразу. Понимаешь?
— Понимаю, понимаю! Спасибо, сестренка! Ты лучшая! — в его голосе прорвалось облегчение, граничащее с истерикой. — Я тебе все верну! Обещаю!
Он бросил трубку. Я сидела, сжимая телефон в дрожащей руке. Старый должок? Кирилл пару лет назад действительно увяз в небольших долгах после неудачной попытки открыть свое дело, но мне казалось, что эта история закончилась.
Я быстро перевела деньги с личного счета, чувствуя себя соучастницей чего-то ужасного. Покупала брату временную безопасность, а себе — новую порцию тревоги.
Тревога за Кирилла смешалась с профессиональным адреналином в один коктейль, от которого слегка подташнивало. Нужно было отвлечься. Вернуться к работе.
Я снова уставилась в экран на кошелек «Evergreen Cascade». И вдруг заметила кое-что странное. Одна из входящих транзакций на этот кошелек, случившаяся пару дней до кражи в «Векторе», пришла не с биржи, а с… приватного кошелька. Адрес был зашифрованным набором символов, но сумма была нехарактерно крупной для тестовых переводов. Зацепка за зацепкой или случайность?