Я запустила блокчейн-эксплорер, пытаясь проследить источник. Кошелек-отправитель был почти пуст, активен недавно, анонимен. Но в его истории мелькнула другая исходящая транзакция. Совсем небольшая. На адрес благотворительного фонда. Обычная практика для отмывания. Но фонд назывался… «Детские Огни».
Меня словно ударило током. Я знала этот фонд. Он фигурировал в одном из очень старых проектов Девлина! Какая-то спонсорская помощь детским больницам. Совершенно легальная, респектабельная деятельность. Но транзакция с анонимного кошелька на счет фонда была как подпись. Неуклюжая, но подпись. Крошечная цифровая ниточка, тянущаяся от анонимного кошелька через «Evergreen Cascade» к благотворительному проекту Девлина.
Это было что-то. Маленькое, шаткое, но осязаемое.
Я лихорадочно записала адрес анонимного кошелька, название фонда, даты, суммы. Руки дрожали. Кусочек истории, маленький, но он был. Этого хватит, чтобы заткнуть Морозова и его «шишек» на время. Этого хватит, чтобы получить немного драгоценного времени на дальнейший поиск.
— Надо отдавать Морозову, — прошептала я, распечатывая краткую сводку с адресами и схемой перевода. — Пока он не пришел сюда с криком.
Я собрала листы, встала и вышла из кабинета, направляясь к Морозову. Сердце бешено колотилось.
Дверь была закрыта. Я постучала, сжимая бумаги в ладони.
— Войдите! — прогремел из-за двери знакомый раздраженный бас.
Я вошла. Морозов сидел за столом, уткнувшись в какой-то отчет. Лицо все еще было мрачным.
— Ну? — он бросил на меня взгляд, полный ожидания
Добавьте книгу в библиотеку, чтобы не пропустить новые главы и получать уведомления. Обещаю, дальше будет интереснее!
Глава 4. Всему есть цена
— Есть зацепки, — мой голос прозвучал ровнее, чем я ожидала. Подойдя к столу, я положила распечатку перед Морозовым. — Конкретная цифровая связь. Между анонимным крипто-кошельком, фирмой «Evergreen Cascade» и благотворительным фондом «Детские Огни». Фонд, который получал официальную помощь от холдинга «Дедал».
Морозов перестал листать отчет. Его маленькие хмурые глазки резко сфокусировались на бумаге. Он схватил распечатку, почти вырвав у меня из рук. Багровое лицо напряглось в гримасе концентрации. Пробежал глазами по схемам, адресам, суммам. Молчание повисло тяжелым свинцом. Я стояла, чувствуя, как снова влажнеют ладони. В ушах стучал пульс.
— «Детские Огни», — пробормотал он наконец, не поднимая глаз. — Девлин спонсировал их лет пять назад. Громко, пафосно. Потом тихо свернул. И ты считаешь, что перевод с левого кошелька на счет этого фонда перед кражей в «Векторе» — это связь с Девлиным? Это твоя «зацепка»?
— Это не прямая улика, Петр Иванович, — начала я, стараясь сохранять профессиональную твердость. — Но это аномалия. Неуместная транзакция. Точка соприкосновения анонимности с респектабельным фасадом «Дедала». Это основа для официальных запросов в фонд и надзорные органы, для отслеживания источника анонимного кошелька глубже, для…
— Долго, Соболева! — перебил он, ударив ладонью по распечатке. — Этого недостаточно, чтобы прижать Девлина. Даже близко. Но… — он перевел взгляд на меня, оценивающе, — это показывает, что мы копнули. Что не сидим сложа руки. Что у нас есть направление.
Я стиснула зубы, стараясь не выдать раздражения.
— Ладно. Хорошо. Это я им передам. Выбили пару дней отсрочки. — Он сунул бумагу в папку с грифом «Срочно».
— Теперь твоя задача, Соболева, — его взгляд стал жестким, — найти больше. Быстро. Пока они жуют эту крошку, вытащить из этой ниточки целый клубок. Поняла? Фонд «Детские Огни». Анонимный кошелек. «Evergreen». Уэйнрайт. Используй все наши рычаги. Запусти официальный запрос в фонд через юротдел. Инициируй запрос в Росфинмониторинг по цепочке кошельков. Согласуй с ними запросы в реестры Люмены через Минюст. Выжми из этого все соки.
— Поняла, Петр Иванович, — кивнула я, чувствуя горечь от его цинизма и груз новой задачи. Теперь в моем распоряжении были мощные, но медленные бюрократические инструменты. «Согласовать с Росфинмониторингом», «запросы через Минюст» — это означало часы, а то и дни ожидания, пока бумаги пойдут по инстанциям. Время, которого не было.