Всего несколько секунд, прежде чем Нерин, подхваченная ветром, вынырнула бы. Он собирался воспользоваться ими сполна.
Взвыло пламя, охватившее его руки. Маг метнулся к Нефре и ударил. Тот успел отскочить в сторону, и удар пришелся по стене башни, но ни температура, ни кулак церковника не сумели оставить на камне ни следа.
Гериал снова кинулся за друидом.
Нельзя было позволить убить себя, но и нельзя было атаковать, нельзя было даже ранить его. Нефра знал, что тело Гериала обладает поистине феноменальной способностью к регенерации, но все равно боялся, что если он навредит ему, то взгляд Нерин, которым она смотрела на него, навсегда изменится.
Уклоняться от атак человека, чья сила церковника ставила его на одну ступень с друидом, и при этом не иметь возможности использовать Светоч — пламя мага все равно пробило бы щит — было непросто.
— Гериал, нет! Стой! Прекрати! — выбравшись из воды, прокричала Нерин. — Не тронь его!
Гериал не слушал. Да, Нерин умоляла его остановиться, но не предпринимала никаких фактических попыток помешать, и это своего рода бездействие развязало ему руки.
Сжатое пламя пронеслось совсем близко от лица отступающего Нефры, и кожу на щеке болезненно стянуло.
— Гериал, хватит!
Маг ударил второй рукой наотмашь, заодно удлинив огненный клинок, и тот прошелся по груди Нефры испепеляющим жаром.
— Гериал, посмотри на меня! Посмотри сейчас же!
Тот не реагировал на ее просьбы. Он был слишком увлечен попыткой достать друида, который, в свою очередь, то и дело с тревогой поглядывал на Нерин.
Свистнул ветер — тонко, будто клинок. И свистнул совсем не рядом с Гериалом.
— Нерин! — крик сам вырвался из горла Нефры, когда взгляд резанула внезапно появившаяся на ее шее краснота.
Друид бросился к девушке, не заботясь о маге, мимо которого пролегал его путь. Бок и плечо опалило — Гериал не упустил подвернувшейся возможности, но Нефре не было до этого дела.
Жизнь Нерин заструилась по ее шее из длинного горизонтального надреза, девушка пошатнулась, и Нефра подхватил ее, зажал рану ладонью.
— Назад! — рявкнул он, когда на Нерин упала тень Гериала, для которого бой с друидом утратил всякий смысл, стоило ему увидеть кровь сестры.
Светоч густо окутал ладонь Нефры, пропитал кожу на горле Нерин, принялся стремительно сращивать сосуды. Когда кровотечение остановилось и взгляд девушки прояснился, Нефра невольно отпрянул.
Сплюнув на землю собравшуюся во рту кровь и твердо встав на ноги, пусть и опираясь на его руку, Нерин уставилась на Гериала. Такой же белый, как и башня за его спиной, он замер в паре шагов.
— Ты больше никогда не посмеешь тронуть Нефру, — ее голос звучал глухо и неровно, будто клинок ветра повредил не только кожу и сосуды, но и голосовые связки. — И он никуда не пойдет без меня. Попытаешься забрать его жизнь — и получишь вторую половину наследия Первого в довесок.
— Нерин, ты в своем уме?! — Гериал ошалело смотрел на нее. — Ты готова рисковать собственной жизнью, жизнью всех магов, благополучием Огнедола ради этого существа?!
— Похоже на то, — она поджала испачканные в крови губы. — Я говорила тебе, что не уступлю. И мне все равно, разумно это или нет. Прости, Гериал. Но жизнь Нефры неприкосновенна.
Глава 4. Человеческие кости
Наше время
1124 год от основания Церкви
Спустя 11 лет после уничтожения Лона друидов
На следующий день после годовщины Дня Единения
Донельзя раззадоренная устроенной в госпитале, а после и в Центре, проверкой, Каюра накинулась на Гериала, едва тот появился на пороге гостиничного номера. Заявив, что не отцепится, пока он не начнет ее умолять, Каюра приступила к воплощению своей угрозы в жизнь. Коробки с ужином из «Озерного» остались сиротливо лежать на полу у двери.
Метод Каюры оказался довольно действенным, и ближе к утру Гериалу удалось уснуть, пребывая в почти умиротворенном состоянии. Тем мучительнее было проснуться всего через час, и проснуться не от шепота Каюры, требующей продолжения, а от истошных криков снаружи.
Прогремел взрыв, стекла вылетели, и следом за ними в комнату ворвался огонь.
Гериал сгреб Каюру в охапку, перекатился через кровать и рухнул на пол с противоположной от окна стороны, накрыв женщину собой. Он проделал это сразу после осознания, что не может остановить пламя. Огонь не слушался его.
— Какого хасса…, — проронила Каюра.
Гериал попытался отыскать разум того, кто осмелился напасть на них, но нашел только тишину. Он не слышал чужие мысли, в том числе и мысли Каюры. Судя по ошеломленному выражению ее лица, она столкнулась с той же проблемой. Но они оба являлись церковниками, и их силу не мог подавить яд данмиру. Так почему же…