Дверь лифта отворилась, и Женя нажала кнопку второго этажа. Система не стала возражать, очевидно, верифицировав её как Храпова. За прозрачной стенкой лифта уже начинало темнеть и были видны первые огни Теграда.
Планшет говорил, что путь в коридоре технического этажа свободен, но у Жени неожиданно перехватило дыхание. Ещё шаг и всё, назад пути не было. Конечно же, её вычислят очень быстро. Поэтому, если она ошибается...
Она со злостью на себя прикусила губу и ещё одним движением активировала генератор белого шума. Снять данные с датчиков и наложить их поверх собственного интерфейса было не очень сложно, но полноценно взять их под контроль за такое короткое время было практически невозможно. Если вообще было возможно. Поэтому пришлось стать невидимкой.
Смело шагнув за открывшуюся дверь, Женя беззвучно ступила звукопоглощающей подошвой на матовый пол. Освещение не включилось — это было хорошим знаком. Девушка быстрыми, но аккуратными шагами двинулась к повороту.
Не успела она сделать и десяти шагов, как завибрировал коммуникатор. Что-то было не так.
— Дьявол! — прошипела она одними губами, чувствуя вспышку жара между лопатками и ощутив прилипшую к спине майку. Резко остановившись у поворота, девушка предельно осторожно подняла планшет к глазам.
Один из работников этажа двигался в её сторону по главному кольцевому коридору. Оставалось либо уходить назад к лифту, либо идти длинной дорогой в обход.
— Дьявол! — опять беззвучно прошептала она, свернув направо. Теперь она могла не успеть. Окно допуска преподавателя закроется через сорок минут, а очень хотелось бы успеть выйти назад тем же способом, которым она зашла. Желательно, без сопровождения.
Осторожно вытерев испарину со лба тыльной стороной ладони, она ускорила шаг. Браслет опять завибрировал. Девушка вздрогнула. Но на этот раз браслет говорил об участившемся сердцебиении.
— Дьявол! — почему она не отключила мониторинг самочувствия?
Вместо того чтобы успокоиться от такой незначительной новости, Женя, наоборот, начала физически ощущать толчки сердца в груди. На мгновение зажмурившись и не сбавляя темпа, она посмотрела на планшет ещё раз и нырнула за поворот. Последний поворот. Кольцевая система этажа замыкалась, обходной путь привёл её к нужной точке. Ещё четырнадцать шагов. Дверь. Паттерн профессора. Белый шум на максимум. Свет не зажёгся — хороший знак. Муляж глазного яблока. Её руки дрожали. Сканер. Короткий писк. Шаг...
Женя тихо, но решительно закрыла за собой дверь. Её обдало прохладой, и она судорожно выдохнула. Вдохнуть хотелось также, всем объёмом лёгких, но она сдержалась, осторожно потянув воздух через нос. По ушным перепонкам били барабаны. Теперь у неё было время. Немного, но минуту отдыха она могла себе позволить.
Надев звукопоглощающие перчатки, Женя медленно двинулась между рядами памяти. Она уже тысячу раз прокручивала эту сцену в голове. Пройдя три пролёта, она остановилась и присела, вглядываясь в нумерацию блоков. Всё правильно. Осторожно сняв рюкзак, Женя достала магнитный держатель узкого фокуса и потянулась к креплению...
Где-то над головой периферийным зрением Женя увидела красный отблеск. Внутри всё похолодело.
— Евгения Валерьевна, — прошелестел голос. Девушка порывисто поднялась, озираясь. Ноги предательски дрожали. — Если вы продолжите, я буду вынуждена поднять тревогу.
Проглотив комок в горле, Женя попыталась сосредоточиться.
— Почему ты ещё не подняла её?
— Никакого ущерба инфраструктуре причинено не было. Приоритет действий в такой ситуации может быть...
— Я хочу знать, как оценивалась моя работа! — неожиданно для само́й себя выпалила Женя.
— Вашего доступа недостаточно для получения этой информации. Погрешность оценки специалистов системного мышления не превышает одной сотой процента.
— Этого просто не может быть! — теперь Женя пыталась говорить спокойно, с расстановкой. — Мои ответы на последнем когнитивном срезе были безупречны, я уверена!
И здесь произошло что-то немыслимое. Арина задумалась.