Сам Луал, казалось, благословлял Лепена. Без малейшей проблемы ему удалось подложить письмо в общий разнос и не быть замеченным. Вернувшись же, он застал мрачную картину готовящегося к завтрашней казни Эмиса, который не знал, как и что происходит обычно на казнях, закрытые двери кабинета Регара и отсутствие Арахны.
Последнее встревожило не на шутку, но Лепен отвлекся. Присев рядом с Эмисом и, стараясь казаться дружелюбным, спросил:
-Волнуешься?
-Если честно, мне не доводилось рубить головы, - признался Эмис.
-Я помню свою первую казнь. Меня потом стошнило.
-Это мне должно помочь?
-Ну, если не стошнит, ты уже справился лучше, чем я.
Лепен был само обаяние и поддержка. Эмис не повелся. Он уже понял, что это не самый лучший человек в его жизни. Вдобавок, в отличие от Арахны, Эмис видел, как далеко ведет ревность путь Лепена, но как человек еще неопытный, не полагал, что дорога эта должна прийтий к нему.
-Больше всего меня угнетает форма. Регар говорит, я должен быть в ней.
-Да, - Лепен напряженно улыбнулся. Он точно знал, что подбросит записку сегодня же в карман мантии. – Приведи ее в порядок.
-Уже привел. Висит, - Эмис кивком головы указал на мантию, которую Лепен сразу и не заметил на спинке кресла.
23.
Арахна не была готова к тому, что ее застигнут. Мальту сначала было весело – иногда он подозрительно быстро начинал оглядываться, петлял между Коллегиями и пристройками и точно видел, как она следует за ним. Это веселило его полчаса, а потом взгрустнулось и он, заведя ее след подальше от любопытных глаз, на самые тихие дорожки недалеко от Коллегии письма, круто повернулся и столкнулся с нею нос к носу.
Она пискнула, отшатнулась, застигнутая глупо и стыдно.
-Ну? – ласково спросил Мальт, - ходим, да? За мною? Полагала поймать меня на неблаговидных делах и сдать? Или рассчитывала убить в проходах? Так знай – я против.
-И рассчитывала! – Арахна выпрямилась. – Ты…точно… то есть, тебя привез принц! Ты приехал в его карете!
Она сказала это так, как будто бы это было обвинение.
-Ты тоже ездила в этой карете, - напомнил Мальт спокойно. – Я за тобой после этого не ходил по дворам.
-Ты заговорщик!
-А ты дура. Мы обмениваемся очевидными фактами?
-Я…- Арахна почувствовала себя до жути беспомощной и слабой. Лишенная всех опор, застигнутая в неловком положении, которое она добровольно сплела вокруг себя, пойманная в самую простую ловушку собственного любопытства, бесконечно глупая и униженная – она готова была исчезнуть сию же минуту.
-Если хотелось попробовать себя следопытом, то шла бы и следила за кем-нибудь другим, - Мальт не злился. Вопреки всякому ее предположению, он был спокоен и насмешлив. Это тоже бесило и обезоруживало. Арахна призналась:
-Я не хочу завтра казнить Ависа и Талена! Ты должен что-нибудь сделать.
-Я? – Мальт удивился и даже искренне. – Если бы я только сам принимал решения! Арахна, там много судей, много дознавателей и свидетелей. Ты не могла даже ручаться за Сколера, так как ты можешь быть уверена, что наказание Ависа и Талена не является заслуженным?
Со всех сторон он был логичен, и возразить было нечего. Мальт, почувствовав, что она сломлена, рявкнул:
-А если ты размякла и больше не палач, а лишь сентиментальная девица, то покинь свою Коллегию!
И снова – логичен. Арахна пришла в ужас при одной мысли об уходе из Коллегии и с мольбой взглянула на дознавателя. Тот смягчился:
-Я знаю, что тебе тяжело казнить знакомых. Я знаю, но это долг. Мне тоже тяжело дается многое.
Арахна пересилила себя. Она знала, что палачи чаще всего одиночки именно по этой причине, что боятся встретить на своей работе в качестве жертв тех, кто им дорог, но по юности лет и неопытности думала, что уж ее никак это не коснется.
-Возьми себя в руки, - продолжал Мальт. – И не мешай.
Она молчала – пристыжено и раздавлено.
-Ладно, сядь, - Мальт указал на тихую скамейку у Коллегии Письма. – Тут безопасно.
Арахна покорилась. В эту минуту она покорилась бы всему и всем.
-Не знаю, почему я трачу время на то, чтобы стереть слезы с лиц палачей, - честно признался дознаватель. – а не ваш Регар, наверное, от доброты своей природной, но…