-Я должен думать и о поражении, - признался он с горечью, - и о сыне. Там, ну, в том тайнике, есть деньги. Передай их Маришке. У нее есть распоряжения на этот счет, куда увезти Львенка. Но ей понадобятся деньги на его дальнейшее содержание.
Арахна хлопнула глазами. Этот человек спокойно говорил о таких вещах, словно бы действительно продумывал разные варианты событий заранее.
-Обещай, - настаивал Мальт.
-Клянусь именем Луала и Девятью Рыцарями Его, - Арахна торопливо подняла ладонь.
-Спасибо.
Мучительный путь закончился. Арахна, разминая затекшие от повозки ноги, сошла на землю возле Коллегии Палачей и сразу отметила, что окна всего здания темны – либо все спят, либо залегли, ожидая ее в темноте. Она уже была готова ко всему.
-До встречи, - не оглядываясь, бросила Арахна Мальту и скользнула за двери родной Коллегии. Стараясь не выдать себя ни скрипом, ни дыханием, она быстро пробралась в свою комнату, не зная, что Эмис тревожился о ее возвращении и хотел рассказать ей, как жестко и круто уломал Разъездную Коллегию дать назавтра телегу для преступников, но передумал, увидев, как она крадется, а до этого, услышав подъехавшую повозку.
Да и Лепен не спал. В кабинете Регара он действительно кое-что нашел насчет Арахны и теперь не знал, стоит ли говорить ей об этом? Вернее всего все, что было им найдено, Арахна уже знала. Но, если нет?
Лепен был не только в муках совести и в ревности, но теперь еще и перед этой дилеммой.
А Арахна, прокравшись в свою комнату, привычно набросила задвижку на дверь и, даже не раздеваясь, легла и мгновенно уснула. И, казалось, прошло всего пять минут прежде, чем ее разбудили громким стуком.
Вот только – закрыла она глаза, а уже опять открывать. Тяжелое раннее утро легло на разум и Арахна вскочила. Стук повторился. Встревоженный Лепен решил подать голос:
-Арахна, вставай. Там что-то о казнях.
-Да, - она рванулась, даже не умываясь, не причесываясь, распахнула двери и оттолкнула Лепена со своего пути, спеша вниз. Телега уже прибыла.
-Заказал? - обрадовалась Арахна Эмису, который был горд собой и немного обижен на то, что его расторопность еще не оценили. – Хорошо. Ну!
-Арахна! – Лепен спускался вниз, - что…
-Семь казней. Виселицы. – Арахна не оглянулась на него. – Эмис, возьми пару солдат и вперед, на установку. А я…за преступниками.
-А я могу помочь, - Лепен снова напомнил о себе. Жгучая обида, забитая прежде совестью, снова закипела в нем.
-Лепен, не надо,. Я сама. Я давно не казнила. Так будет честно.
Арахна помнила строки из дневника Сколера, где он возмущался на то, что Регар жалеет Арахну и не отпускает ее в морозные дни на казнь, а отправляет его. Такого больше не должно повториться.
Семь человек без труда уместились в ее повозке. Арахна сама не правила – палачи перед повешением должны были связывать руки преступникам за спиною. Арахна сделала это, даже не задумываясь, и не оглядывая своих жертв. И только в телеге, уместившись перед ними, сваленными в кучу, на скамье, она заметила, что все семеро – молоды. Вряд ли старше Лепена, Сколера или Ависа.
Держались они по-разному. Двое, похожих друг на друга до жути, совсем одинаковых, забились в дальний угол (насколько это было возможно), и тихо плакали, уткнувшись лбами. Один сидел спокойно, оглядываясь по сторонам, с любопытством даже…другой бледнел и зеленел от каждой кочки, дышал мелко и часто, словно не мог надышаться. Еще один – статный и высокий, громко переругивался с толпой, что оглядывалась на телегу палача. Он бранился и храбрился…
Что ж, Арахна часто видела такую реакцию. Предпоследний держался с достоинством, и, оглядывая своих товарищей по несчастью, напоминал:
-Мы знаем, за что погибаем.
А последний трясся и всхлипывал, и даже скулил. И это Арахне было знакомо даже слишком хорошо. На это поскуливание Предпоследний заметил:
-Стыдно должно быть! Ты же мужчина!
Арахна заметила:
-Каждый принимает смерть по-разному. Я, как палач, знаю это наверняка.
-палач? – удивился Бранившийся, на мгновение оглядел ее, как смог и фыркнул, - а сил хватит?
-Дернуть рычаг виселицы сил не надо много, - напомнила Арахна.
Бранившийся отвернулся, а Последний заскулил еще сильнее и даже засучил по телеге ногами, попадая по своим товарищам.
-Мы знали, на что идем, и за что погибнем, - напомнил Храбрившийся Предпоследний.
А вот Арахна не знала. Не до прочитки дела ей было. Но сейчас, пока путь был еще долгий, она развернула свиток, данный ей Мальтом – ага, из суда бумаги пришлют позже, вон, пометка Судейства. Ну, неудивительно. Все у Судейства с опозданием, ни одной бумаги в срок не дождаться!