-Это не делает тебя убийцей! – убежденно сказала Арахна и коснулась руки Мальта, чтобы передать ему хоть немного своей веры в это. Она готова была оставаться сильной, когда знала, что кто-то есть сильнее. Сейчас же, когда Мальт слабел, слабела и она.
Мальт вздрогнул от прикосновения ее руки, в которой был явный остаток тепла. Арахна будто бы отдавала ему последнее, что и мела, но он прекрасно понимал причину этого. Если он ослабнет – не выдержит и она. А выдержать надо.
Ему уж точно. У него есть сын.
-Не делает, - согласился Мальт уже легче, - но вызвал меня к себе мой Наставник и сказал, что обстоятельства смерти нелюбимой жены от образцов моих ядов – весьма странные. Словом, поди, докажи кому-нибудь, что я не убил ее. И, чтобы не начинать дознания – я должен сделать немного… я увяз именно тогда, Арахна. Именно тогда и именно так. Пока, испугавшись, я отмывался от всяких подозрений в убийстве жены, я замарал себя так, что хватит на одиннадцать походов к эшафоту!
Мальт взял себя в руки также быстро, как и потерял лицо, показывая настоящую свою душу Арахне.
-После этого я убийца. Так или иначе, но убийца. Поэтому у моего Львенка есть Маришка. Если что-то случится…
В дверь постучали. Мальт мгновенно преобразился и снова стал дознавателем – насмешливый, собранный, холодный. И к Арахне, даже против ее желания вернулась такая же маска, хоть внутри у нее еще что-то горело от жалости и сдерживаемой боли.
Мальт открыл, как оказалось, Персивалю.
-По какому праву, Луал тебя побери, ты позволяешь себе арестовывать людей без согласования, пусть решает Медер, - без предисловий начал Персиваль и видно было, что все в нем кипит от ярости. – Но по какому праву ты позволяешь всякому обвиняемому наводить напраслину на меня – члена Дознания – это еще вопрос! И я собираюсь подать официальную жалобу!
-Да заподавайся, - Мальт усмехнулся, - свидетельство есть свидетельство.
-Это свидетельство преступника, отравленного…- Персиваль сделал несколько шагов к Мальту и тот покорно посторонился, пропуская его в кабинет и в следующее мгновение Персиваль, увидев Арахну, прекратил наступление. – А ты что здесь делаешь?
-Даёт показания, - спокойно солгал Мальт. – Это мое дело и Дознание разберется. А ты бы шел лучше исправлять свои отчеты. Если ты чист, чего тебе бояться слов какого-то там преступника?
-Ты пожалеешь, Мальт! – Персиваль прекрасно понимал, что ему также нечего предъявить Мальту, как и Мальту предъявить Персивалю. Единственная зацепка – показания Лепена. Ну, и тот факт, что против Персиваля восстают ложные, как оказалось при текущей проверке, многие цифры в отчетах…
Решив, что последнее слово, хоть и жалкое, но за ним, Персиваль развернулся и выскользнул вон.
-Мне надо идти, чтобы допросить Лепена. Еще передать дело Иас…
-Иас! – Арахна вспомнила про эту еще одну жертву глупости,- это она? Она убила Ависа и Талена?
-Да, как я и был прав. Иногда ненавижу это.
-А вести по Регару?
-Можешь оставаться здесь, - разрешил Мальт, - я закрою тебя с той стороны, никто не войдет. Можешь подремать. С едой, правда…ну это мы потом поужинаем. Или, если хочешь, иди назад.
-Не пойду, - Арахна не могла заставить себя вернуться в опустелую еще на одну жизнь Коллегию. К тому же, именно здесь она может получить от Мальта первые сведения.
-Тогда попробуй поспать, - предложил Мальт и в самом деле, полностью овладев собою, вышел вон из своего кабинета. Через мгновение ключ повернулся в скважине трижды и скользнул по двери, вынимаемый твердой рукой.
33.
Арахна не заметила, как задремала. Это не было здоровым сном, скорее – вынужденное забвение уставшего рассудка, нуждающегося хоть в какой-то темноте. Может быть, способствовало этому и нервное потрясение и фландрийское вино, а может быть, Арахна надеялась провалиться и не появляться до тех пор, пока все не разрешится само собой. Она не заметила, как произошло это выскальзывание из реальности и как долго длилось, но очнулась от того, что кто-то дернул дверь в кабинет Мальта на себя.
Сначала Арахна решила, что это Мальт, но он ведь не стал бы рваться в кабинет, который сам и закрыл. А неизвестный, порвавшись немного, шумно вздохнул, и, о чем-то ворча, направился прочь от кабинета шаркающей походкой. Это повторилось еще пару раз – кто-то, раз за разом, не желая, очевидно, принять отсутствие Мальта в кабинете, приходил и рвал без спроса на себя дверь, стучался или скребся…