И, конечно, не платит налог. Дать взятку на границе там и тут проще, чем стать полновесным торговцем с лавкой. Торговец даёт ответ за продаваемые товары, за сроки поставки, а этот живет сам для себя, выходя в нужное ему время и покупая нужное лишь ему. Другими словами – прямой путь к эшафоту. Ну, если попасться, разумеется.
-И он знает выход от Маары. Сейчас пути перекрыты, но он знает…
Эмис осекся, оглядываясь вниз, на залу. Доносился с улиц явный шум. Похожий на шум во время главных праздников, но только сейчас имел этот шум явно нехороший и недружелюбный оттенок.
-Он готов взять меня с собой. Возьмет и тебя. Арахна, надо покинуть Маару, пока есть такая возможность. будет бойня, да ты и сама это знаешь. к чему тебе это? ты потеряла близких тебе людей, но не потеряла еще себя. ты можешь жить иначе. мы уплывем вместе. хочешь? Устроимся! Ты молода, у тебя вся жизнь впереди, к чему торчать у эшафота, действуя по приказу тех, кто сам заслуживает на него подняться?
Ответа не последовало. Эмис заговорил мягче.
-Арахна, ты можешь сомневаться во мне, я понимаю. И здесь прошла вся твоя…
Шум на улице стал тревожнее и злее. Эмис содрогнулся – он не любил скопления людей. А сейчас люди еще были в страхе и гневе. Дурное сочетание!
-Арахна, нам бы поторопиться…я не давлю на тебя и понимаю, но сейчас нужно покинуть Маару. Пока можно. Пока не поздно. Можно начать новую жизнь. Ты не будешь палачом. Ты можешь быть, кем только захочешь!
И снова нет ответа. Это было уже хамство! Эмис в раздражении стукнул в дверь:
-Арахна?!
И явственно услышал, как в соседней комнате что-то упало. Смутная догадка тенью легла на его лицо. Шум, донесшийся яснее, только укрепил эту тень. Эмис подошел к соседней двери, толкнул ее и без труда вошел в комнату.
Это была не комната Арахны. Это была комната Сколера. Ветер хватанул Эмиса. Ветер из раскрытого окна, возле которого виднелся краешек «безопасной» лестницы.
Эмис, все еще не веря, рванулся прочь из комнаты Сколера в комнату Арахны, надеясь, что ошибся и толкнул с силой ее дверь. Комната, закрытая Арахной с недавних пор исключительно на засов, легко поддалась, обнажая пустоту. Не нужно было и входить, чтобы понять – здесь давно никого нет.
-Дрянь! – выдохнул Эмис, приваливаясь к дверному косяку. – Какая же…дрянь!
Куда понесли ее Рыцаря Луала? Зачем? Там страшно и легко сгинуть! От таких мест надо держаться дальше. Если, конечно, не задумать, таким образом, самоубийства.
Стоять без действия не было в характере Эмиса. Он, все еще злясь на Арахну, поспешил прочь из Коллегии, надеясь, что отыщет его. это тоже не было в его характере – слишком уж много мягкости и сострадания, но Мальт задел Эмиса очень уж за больное.
Что ты совершил для других? Или для себя самого? Сделать хоть что-то, пусть для той, что не может даже оценить всей опасности – разве плохое это дело?
Эмис поспешил на закипевшие улицы.
А спуститься по «безопасной» лестнице было страшно. Она казалась шаткой. Но «страшно» это для тех, кому еще есть что терять, кроме самой жизни. а у Арахны даже собственная жизнь не имела ценности, поэтому она без труда перелезла за подоконник и спустилась по лестнице, крепко держась, хватая ртом ледяной воздух. В голове наступала ясность, которой с ей давно уже не было.
И что же улицы? Возле Коллегий Секции Закона – Коллегия Палачей выглядела жалким пятном. Самая маленькая, неказистая и тихая. А еще безлюдная. Вокруг нет людей. Ни души! А Коллегия Дознания? Вокруг нее кипела жизнь. Все окна в Коллегии освещались множеством свечей. двери были раскрыты. Куча дознавателей с серыми лицами, но серыми на этот раз от ужаса, переговаривалась, что-то записывала. То подбегал, то убегал опять какой-нибудь очередной гонец.
А Арахна, кравшаяся мимо, хотя могла бы идти и прямо – кто бы обратил внимание, услышала обрывки фраз, по отдельности пустяковых, но все вместе они сплетали страшные картины:
-Подступ к замку перекрыт!
-Городская площадь перекрыта.
-В переулке Часовщиков поражение. Солдаты направились туда.
Слушать все это было Арахне скучно. она пошла дальше. В спину еще долго неслись отдельные слова: «заблокированы», «убит», и «отказались подчиняться». Но это все было отстраненным и сухим, как сама Коллегия Дознания в бесконечной своей занудной правоте и следования алгоритмам и законам.
Коллегия Судейства была оживленной не меньше, чем Дознание. Мужчина, в котором Арахна узнала судью Дрейка, вещал нарочито спокойно: