-Идиот. – фыркнула она. – Иас носит ребенка.
-Моего? – продолжил Сколер.
-Мне неизвестно! – огрызнулась Арахна. – Мог бы быть отцом семейства, или прежним собой, если бы не предал!
Сколер неожиданно тихо улыбнулся и, взглянув на Арахну самым ясным взглядом, спросил тихо:
-Так ты думаешь, что я предал?
Арахна чуть не задохнулась от ярости:
-Мы видели твое признание! Ты…
-Это только бумага, - отмахнулся Сколер. – Это неправда. И правда, впрочем, тоже.
-Ты подал прошение о переводе в другую Коллегию, - именно это оскорбляло больше всего. – Ты…скажешь, тоже только бумага?
-Нет, - возразил Сколер спокойно, - прошение было, да. Минута слабости.
-Это и есть предательство.
-Это неизбежность, - Сколер был удивительно равнодушен. Казалось, что он ведет неспешный разговор, а не последний в своей жизни диалог. – впрочем, моя смерть справедлива.
-Замолкни! – Арахна не могла этого выносить. Она думала, что Сколер будет рыдать, что и сама она будет рыдать, а он начал вести странные речи, начал говорить что-то невразумительное и был до тошноты спокоен.
Конечно, как палач, он слишком хорошо был знаком со смертью и не имел права бояться ее.
-Ты ненавидь меня, - посоветовал Сколер, словно речь шла о чем-то обычном. – ненавидь и тебе будет легче.
-замолкни!
-Ара…- позвал ее Сколер, словно «замолкни» было не к нему, - ты возьми прядь моих волос, передай их Иас на долгую память и…скажи ей, что мне жаль, что ли.
Арахна невольно взглянула на Сколера и увидела, как он протягивает ей темно-каштановую прядь волос, перевязанных ниткой.
-Пожалуйста, - взмолился он, и впервые проскользнуло в этом предсмертие.
Из коридора донесся судорожно-фальшивый кашель Талена, а в следующее мгновение он ввалился в комнату и сделал страшные глаза. Арахна цепким движением схватила прядь, протянутую Сколером, и постаралась не смотреть на него, сделать вид, что они вообще незнакомы.
А в комнату уже входил Мальт. Решив опередить его неприятную манеру вести диалог, Арахна начала с возмущения:
-Это не мой преступник, господин дознаватель.
-Разумеется, не ваш, - Мальт даже не оскорбился. – Я не знаю, почему господин Тален не может спрашивать о том, какой палач и за кем пришел. Ваша обвиняемая сейчас будет, ей оформляют приговор судья Авис.
-Авис? – переспросила Арахна, не зная, радоваться ей тому, что ее уединение нарушит знакомый ей человек или нет.
-Разумеется, Авис, - с раздражением ответил Мальт, - только по его участи такие дела!
И уже другим тоном сказал талену:
-За осужденным Сколером прибыли палачи. Выведите пленника на двор.
Тален медленно приблизился к Сколеру, пихнул его, призывая подняться, Сколер взглянул, поднимаясь на Арахну, а та отвернулась к стене, словно ее тут вообще не было, все лишь только ее тень – случайный гость.
-Луал и Девять Рыцарей Его! – крикнул, храбрясь, Сколер, и за ним и Таленом закрылась тяжелая железная дверь. Арахна не поворачивалась, чувствуя на себе взгляд Мальта. Ей не хотелось поворачиваться и говорить с ним, к тому же, она подозревала, что не услышит ничего хорошего.
-Палачи казнят палачей, похвально! – Мальт не заставил себя долго ждать и даже издевательски зааплодировал. Арахна проглотила это. Но Мальт не унимался: - как слуга закона, я одобряю тот факт, что даже дружбу ваша Коллегия не ставит выше, чем закон.
--Следите за собой! – Арахна не удержалась и круто повернулась к Мальту. – Вы, следите именно аз собой!
-А я слежу, - спокойно ответил он и глаза его блеснули хищноватым блеском, - вы ненавидите меня за то, что я арестовал эту девку? Эту Иас?
Арахна промолчала. Это было ответом.
-Но протокол показывает необходимость задержания, - продолжил Мальт. – Я просто делал то, что должен делать. Именно за это меня и ненавидят. Тален взбесился, что я добавил ему писанины? Но мы получаем жалование за эту писанину. Я арестовал ее, да. Но если бы она оказалась подельницей? Или фанатичкой? Или просто нанесла бы непоправимый ущерб кому-нибудь из дознавателей? Да и сама мысль о взятке…это нехорошо.
Арахна не находила слов к возражению и это бесило больше всего. А Мальт, кажется, не собирался останавливаться.
-Вы, палачи, жалуетесь, что вас не любят, боятся и презирают…а по мне, больших лентяев и сыскать нельзя! Все, что вам нужно, карать, а кары происходят не каждый день. У вас нет конкуренции. У вас нет вступительных испытаний и долгого обучения. Перспектив, конечно, тоже нет…