Регар помолчал, давая возможность осмыслить услышанное. Арахна опустила голову, для нее, выросшей в опеке самого Регара, с самого детства не было занятия почтеннее. Она знала, что палач – ремесло презренное, но верила, наблюдая за Регаром, что будет достойна этого поста и добилась к своим молодым еще годам такого успеха. Но все еще трогали ей душу подобные речи, поддерживая мысль о правильности выбранного пути.
Судя по серьезности же Сколера и Лепена, они тоже прониклись, да и как было не проникнуться, когда Регар сам твердо верил в свои слова? К тому же, он действительно был почти оцтом не только для Арахны, но и для этих двоих, так как Лепен отца своего не знал и нуждался в авторитете, а Сколер отца имел, но в его семье царила такая смута, что он с удовольствием сбежал из нее при первом же шансе…
-Итак, - продолжил Регар тихо. Он всегда говорил довольно тихо, но это внушало собеседнику и ужас и трепет. – На сегодня…
Он принялся проглядывать список дел.
-Так, Сколер, на завтра назначено две казни. Повешение. Подготовь все, закажи телеги, ознакомься с делами. Лепен, пожалуйста, посмотри, что у нас на складе проржавело и больше не годится.
-Сегодня?
-Да, сегодня. Завтра я подаю списки того, в чем мы нуждаемся в казначейство, нужно знать…Ара!
-Да?
-Ара, также завтра я подаю в Королевский Совет отчет…
-С чего это?- возмутилась Арахна. – Лунный месяц не кончился, сезон и подавно.
-Герцог Торвуд - ближайший друг короля, да будут дни его долги, возвращается ко двору. В прошлый раз во время его визита было несколько крупных заговоров, король опасается за него, срочно требует отчеты безопасности.
-Ладно, - сдалась Арахна, исподтишка погрозив кулаком ухмыляющемуся Сколеру – его задание было самым простым. – А отчет полный или по факту: сколько казнено, сколько клеймено, сколько…
-Полный, - мрачно отозвался Регар. – Сколько утоплено. Сколько повешено, сколько…ну, в общем…
-Сколько мотков веревки использовано, - в тон ему добавил Лепен, Сколер попытался скрыться за смехов, но Регар только ласково напомнил:
-Вот ты, Лепен, и идешь на склад!
Теперь хмыкнула уже Арахна.
2.
Сначала Арахна действительно попыталась работать в своем кабинете, понимая, что и Сколер и Лепен заняты в ближайшие часы, но ей все время требовался то один архив, то другой, приходилось возвращаться в залу, а потом еще и кухонная обслуга в лице девицы Иас поставила, как нарочно, в зале огромное блюдо с сырными лепешками. Арахна честно предприняла попытку к борьбе с искушением, но мозг предательски вспомнил этот вкус нежного теста и сырной начинки, привкус густого масла, какое бывает только у хороших деревенских хозяек, да и от лепешек поднималось тепло….
В общем, отчет Арахна перенесла к столу в общей зале и сейчас приобрела себе новую заботу – не запачкать бы листы жиром.
Цифр не было много, здесь, в Коллегии Палачей никогда не угадаешь, что будет в тот месяц или даже в иной день, ведь р-раз и вскрылся заговор и тогда всех заговорщиков карать прямо партией, а партия от пары человек до десятков! Палачи тоже устают, но тут не поспоришь – будет глупо несколько дней подряд казнить людей по одному и тому же делу, нужно сразу.
Бывают и дни простоя, а куда же без них, когда совсем-совсем ничего нет, кроме бумаг и архивирования. А если быстро справляешься и с текущей бумажной работой, то сиди на месте, проверяй оборудование, наводи порядок…
Но Арахна, пробегая сейчас глазами архив за последние месяцы, выявила вдруг, что как-то неспокойно стало. По сравнению с прошлым сезоном и смертей, и клеймён, и плетей было выдано куда больше.
Впрочем, долго думать она не стала – хотелось быстрее закончить отчет. Не ослабевая вниманием, Арахна подсчитывала сначала общее количество казней по неделям, потом складывала недели по месяцам, затем – в сезон. После этого, записывала виды преступлений и подсчитывала их: политические, случайные, наживные, приведшие к смерти, сговорные, одиночные, доведенные до конца, преступления без окончания, с покаянием, с отрицанием, со свидетелями, без свидетелей – и прочие классификации.