Она и понимала, и нет. то есть, в целом, причины его состояния Арахна, конечно, понимала бы, если бы подумала о них. но все остальное вызывало больше ужаса, чем сочувствия к Лепену.
-Пусть все не будет так, как прежде, но…
Внизу громко хлопнула входная дверь, заставляя Арахну содрогнуться. Затем она осознала, услышав два мужских голоса, один из которых был голосом Регара, а другой – знакомым, но не было времени вспоминать, что Арахна не один на один в мире с Лепеном. Это придало ей сил. Она встала, держась за стену, и сразу опустилась назад на пол, потому что ноги дрожали, отказываясь слушаться.
Регар что-то произнес. Арахна не разобрала что именно, но догадалась примерно по ответу Лепена, ненавистного сейчас Лепена:
-Всё хорошо…просто она тоскует. Заперлась у себя, а я пытаюсь с ней поговорить.
При этом голос его был таким же, как и всегда, тревожно-почтительный тон, в котором нельзя было угадать ничего, что нанесло бы такую тревогу и страх Арахне.
-Заперлась? – спросил Регар через минуту совсем четко и близко, видимо, бесшумно поднялся по лестнице.
-Да, - с недовольством ответил Лепен. – Совсем не хочет выходить…я уж пытался ее уговорить, но она как обезумела!
-Ара? – позвал Регар, дернув одновременно за ручку. Дверь не поддалась. – Ара, ты там?
-Д…да. – Арахна разрыдалась от облегчения. Регар был рядом. Подобно тому, как рыдала она маленькой от темноты, так и сейчас разрыдалась. Регар утешал ее тогда, приходил, разбуженный и сейчас он был рядом, а значит, все будет хорошо.
Регар негромко, но, не скрывая ярости, сказал:
-Лепен, пошел отсюда.
-Я только…
-Я сказал, чтобы ты шел отсюда. Эмис, это твой коллега, помоги ему спуститься.
Снова смутно знакомый голос радостно что-то забалагурил, и имя отозвалось почти в пульсирующем сознании Арахны, но она напряженно вслушивалась в скрип ступенек.
-Ара, ты впустишь меня? – спросил Регар через мгновение. – Он ушел. Он внизу. Пожалуйста, Ара, открой. Зайду только я.
Она заставила себя встать и дойти. Открывая же дверь, отошла в сторону и даже отвернулась, закрывая заплаканное и распухшее лицо руками.
Регар зашел один. Войдя, он закрыл за собою дверь обратно на щеколду и нерешительно коснулся плеча своей воспитанницы.
-Расскажи мне, - попросил он. – Что Лепен сделал?
Напугал…напугал словами о любви, о разрушении своей целостности. И разрушил заодно что-то между ними окончательно, Арахна понимала, что в ней нет больше желания к разговору с Лепеном или вообще встрече с ним. Возможно, это пройдет, но сейчас – важно ведь то, что именно сейчас!
Она понимала и то, что у него боль. Но она носила свою боль в себе, творя вещи вокруг себя, которые, обернувшись дурно, могли задеть лишь ее, но зачем Лепен так поступил? Что он сделал именно, Арахне трудно было сказать и осознать, но она точно была уверена в том, что произошло что-то непоправимое. Прежде она легко могла поделиться тайнами (наивными, легкими) со Сколером и Лепеном, а теперь? Теперь один мертв, а другой стал жутким.
-Расскажи мне, - попросил Регар, встревоженный ее состоянием.
-Где ты был? - отозвалась Арахна. Регар всегда появлялся, когда был нужнее всего, так где он был сейчас?
-Искал нового палача и нашел, - ответил он, - а вот что произошло с тобой, и где ты была?
Арахна повернулась, наконец, к Регару и позволила себе сесть прежде, чем начать странную историю с самого утра. Она решила ничего не утаивать, думала, что все уже выплакала и пережила, но ее накрыло новыми всхлипываниями почти сразу. Регар опустился рядом и приобнял ее – неловко, но как умел, с настоящим сочувствием, с тем самым оставшимся сочувствием, каким может только обладать палач, ставший главой своей Коллегии.
11
Когда Арахна закончила, Регар выждал минуты две, обдумывая ее слова. Арахна предпочла бы услышать его слова, без сомнения, слова надежды, сразу же, но она проявила терпение и притихла. Ее плечи еще мелко подрагивали, но понемногу Арахна собиралась с силами.
-Во-первых, спасибо, что поделилась, - начал Регар медленно. – Во-вторых…во имя Луала и всех его рыцарей, Арахна, ты спятила?!
Его тон резко дрогнул. Из медленного и сдержанного он вдруг рванулся, и было видно, что Регар еще сдерживается. Арахна испуганно взглянула на Регара, не понимая своей вины.