— Это тоже поручение Главы, — ответил Юншэн, не отводя взгляда.
Воздух между ними снова начал натягиваться, будто струна.
Байсюэ вошла в Сад Пяти Троп со стороны восточной рощи. Свет скользил по её плечам, по прядям серебристых волос, и с каждым шагом тишина вокруг неё становилась гуще.
Юншэн поднял глаза.
Он не вскочил, не склонился в поклоне — лишь слегка наклонил голову, как бы признавая её присутствие. Байсюэ остановилась в двух шагах от беседки. Она взглянула на него. Их взгляды пересеклись.
Цзяньюй почувствовал, как холодок пробежал по позвоночнику. Он не знал, что именно пронеслось между этими двумя. Но это было точно что-то странное. Реакция Юншэна на появление богини была совершенно не такой, как у других учеников. Как будто бы… они знали друг друга.
— Утро, — сказала Байсюэ, наконец, голосом спокойным, как гладь воды.
— Утро, — кивнула Яохань, чуть сместившись, чтобы оставить место рядом.
Байсюэ не села. Лишь осталась стоять, как будто её присутствие было само по себе достаточным.
Юншэн вновь взглянул в чашку.
— Пожалуй, на сегодня чая хватит, — тихо сказал он и встал. — Рад был познакомиться, Лю Цзяньюй. Чжао Яохань.
Проходя мимо Байсюэ, он едва заметно склонил голову.
Когда он ушёл, в саду повисла неловкая тишина. Байсюэ всё ещё стояла на том же месте, словно время не касалось её вовсе.
— Мне показалось, или вы знакомы? — робко спросил Цзяньюй.
— Возможно… – Байсюэ прикрыла рукой глаза и потёрла лоб, будто у неё заболела голова.
Цзяньюй взглянул на Байсюэ, всё ещё стоявшую в утреннем свете — и вдруг его кольнуло странное ощущение.
Что-то… было между ней и Су Юншэном, но почему-то оба предпочли об этом не говорить. А ещё он вдруг понял, что было нечто общее в их внешности. Не в чертах, нет, они не походили на родственников. Но что-то в осанке, в манере держаться, во взгляде… и в том впечатлении, которое они производили на людей.
Цзяньюй потряс головой.
Глупости. Он сам это видел — Юншэн сидел за столом, пил чай, улыбался, разговаривал как обычный человек. Он был учеником школы. Да, редким гостем, почти легендой — но просто учеником. Он не спускался с небес в кольце ледяных мечей, не создавал предметы взмахом руки. Да и в Школе он давно – разве богам нужно было бы столько учиться? Тем более, у людей. Просто ему повезло, что он такой красивый и харизматичный…
«Нет, — подумал Цзяньюй. — Это просто совпадение».
Он снова посмотрел на Байсюэ. Та уже стояла, как ни в чём не бывало, поправляя полы своих светлых одежд. Она встретилась с ним взглядом.
— Мы идём? — спросила она спокойно.
Глава 9. Четверо
Мрамор под ногами тихо отзывался эхом их шагов. Бок о бок, чуть тише обычного, Яохань и Цзяньюй сопровождали Байсюэ к павильону Главы.
— Тебя позвал Глава Хэ Чжэнь? — наконец осторожно спросила Яохань, стараясь придать голосу будничную небрежность. Почти получилось.
— Да, — коротко кивнула Байсюэ. — Сказал, хочет поговорить наедине.
— Странно, — пробормотал Цзяньюй, оглядываясь. — Я бы на его месте позвал всех.
Они остановились у входа. Двери были приоткрыты, как будто говорили: там ждут.
— Ну… удачи, — сказал Цзяньюй, почесав затылок, но на лице его явно читалось: «я не знаю, что ещё уместно сказать богине, которая, возможно, старше гор, но я стараюсь сказать хоть что-то ободряющее».
Вряд ли богине нужна удача в разговоре с человеком. Но Байсюэ больше не казалась им далёкой фигурой из легенд, спустившейся на землю. За те дни и ночи в пути, за беседы у костра, за молчаливые взгляды на рассвете, она стала… ближе. Не до конца понятной. Но уже не такой чужой. Всё чаще их молчание напоминало тишину между друзьями.
Байсюэ улыбнулась немного растерянно, как будто не ожидала, что её будут подбадривать.
— Спасибо, — сказала она. — Я скоро вернусь.
И, не оглядываясь, вошла внутрь.
— Ты тоже это видел? — негромко спросила Яохань, не отрывая взгляда от порога.
— Что именно?
— Она улыбнулась.
— Ну, она и раньше это делала, — пожал плечами Цзяньюй. — Когда думала, что мы не видим.
— Да, но сейчас это было так… по-человечески.
Яохань задумчиво посмотрела на закрытые двери, — С тех пор, как мы нашли её, всё начало меняться. И она, и мы. Мне почему-то страшно.
Цзяньюй долго не отвечал.
— Мы же дома. Что может случиться здесь? Пусть с богами разбираются старшие. А мы просто провожали гостью.