- С тобой, Синица, хоть на край света! - выпалил Гарик и первым направился к машине.
- А что там такое? - не выдержал осторожный и рассудительный Мякиш.
Он во всём любил ясность.
- Увидишь! - Синица подтолкнула его к машине.
И вскоре трое друзей уже мчались к цели, пока известной только Маринке, которая уверенно рулила, лихо объезжая на отцовской машине небольшие препятствия, попадавшиеся на пути, и ничуть не беспокоясь о том, что она ещё несовершеннолетняя. Мякиш хотел было попросить её сбросить скорость, но, покосившись на Гарика, невозмутимо восседавшего на переднем сиденье, передумал.
- Вот! - с победным видом изрекла она примерно через полчаса и нажала на тормоз.
Уже быстро сгущались сумерки.
- Что – вот? - спросил Гарик и стал озираться по сторонам. - Пока вижу только лес…
- Не поздновато ли для лесных прогулок? - поинтересовался Мякиш.
- Ну вот, всегда ты так! - обиделась неугомонная Синица.
Она не могла жить без приключений и вечно находила что-нибудь интересное, а порой и небезопасное.
- Кто трусит, может оставаться в машине, - насмешливо произнёс Гарик. - Пошли, Маришка!
Они вышли из машины, и Гарик тут же покровительственно положил руку Синице на плечо. Мякиш не отставал, и, догнав парочку, взял Синицу за руку с другой стороны. Получилась забавная картина. Синица, не выдержав, хмыкнула.
- Нам лучше пойти гуськом, - сказала она, - здесь будет узкая тропинка.
Парни повиновались, и компания начала углубляться в лес.
- Слушай, долго ещё? - наконец, поинтересовался Гарик, с опаской озираясь по сторонам.
Стало уже совсем темно. Мрачный лес, казалось, надвигался на них со всех сторон. И только слабая полоска света от Маринкиного фонарика, который она предусмотрительно захватила с собой, указывал им путь, выхватывая из темноты то извилистую тропинку, то мощные корни деревьев, то густую листву, плотно смыкавшуюся в сплошную стену. Где-то вдалеке ухала ночная птица.
- Струсил! - насмешливо проговорила Синица. - И ты туда же!
Ей всё было нипочём. Она шла себе впереди, деловито освещая тропинку и, казалось, не замечала ни пугающей темноты, ни дремучего леса.
- А если вдруг фонарик погаснет? - осторожно предположил Мякиш. - У тебя есть запасные батарейки?
От этого вопроса всем сделалось не по себе. Каждый представил, как они окажутся в чаще леса в кромешной темноте, и невольно захотелось повернуть обратно. Парни, наверное, так и поступили бы, не будь рядом этой хрупкой неугомонной девчонки, которая неудержимо тянула их вперёд.
- Не погаснет! - беспечно тряхнув головой, проговорила Синица.
Она не привыкла думать о плохом. Вот когда случится, тогда и будем думать. И непременно что-нибудь придумаем! Этот принцип помогал ей сохранять неизменный оптимизм и никогда не падать духом.
- Пришли! - наконец, заявила девушка, и ребята облегчённо вздохнули.
Сейчас выяснится, что там за сюрприз, и можно будет вернуться.
- Это здесь! - с торжествующим видом изрекла Синица и указала на какую-то трубу, врытую глубоко в землю, которую она осветила фонариком.
- Что это? - спросили синхронно Гарик и Мякиш.
- Это - труба!
Синица вся светилась от гордости.
- Видим, что не скамейка! - с сарказмом изрёк Гарик.
Несмотря на браваду, он уже порядком струхнул, да и стал замерзать.
- И вот ради этой трубы ты нас сюда притащила?
- Это не простая труба… - обиделась Синица.
- А золотая… - добродушно проговорил Мякиш.
- Да ну вас! - рассердилась Синица. - Вы сами загляните, а потом говорите! Там глубоко внизу всё светится!
- Как - светится? - парни недоуменно переглянулись. - Что там может светиться?
- А вы загляните сами! А потом говорите! - Маринка заранее торжествовала.
Троица подошла поближе к трубе и с опаской заглянула внутрь.
- Ничего не вижу… - буркнул Гарик. - Пора нам отсюда выбираться. Да, Мякиш?