Это так, самый запомнившийся всем участникам эпизод. Вон главный механик, до сих пор ломает голову, как ребенок умудрился открыть крышку. Она ведь, между прочим, без специального ключа не снимается. А менее памятные «инциденты» происходили по нескольку раз за малый цикл.
Так что топаем себе потихоньку и наслаждаемся эхом и тишиной, ведь пока мы в движении можно хоть чуть поспать, будучи полностью уверенной, что за это время ничего не случится – малыш ведь тоже любит прогулки…
***
Очередная прогулка была прервана неожиданным препятствием, «Неожиданным», потому как в ответ на попытку обогнуть его на автопилоте «препятствие» неожиданно ухватило за одну из боевых конечностей, не давая возможности двигаться дальше.
Так и осталось непонятным, что заставило выйти из состояния грез наяву – необходимость тормозить дернувшуюся в попытке нанести удар вторую конечность или завозившийся на спине ребенок. При ближайшем рассмотрении «препятствие», оказавшееся корабельным врачом с акустическим идентификатором «Гроза», угрозы себе, видимо, не заметила, потому как, не выпуская ухваченной конечности, потащила гуляющих куда-то следом за собой на манер привязного аэростата.
Хранитель покорно уступил столь настойчивой просьбе, просто потому что ему было совершенно без разницы куда топать. Скорее всего – пришло время внепланового медосмотра. Путь был знаком, они довольно часто, по понятным причинам, бывали вместе с Зябликом в этой секции корабля, где располагался изолятор и прочая медицинская машинерия.
Но в этот раз Грозу почему-то интересовал именно Хранитель, в результате чего пришлось пройти целый ряд процедур, которые вызывали стойкое ощущение «дежа-вю». Особенно – засовывание хвоста в непонятный аппарат для просвечивания. Даже любопытство начало пробиваться на поверхность через слой общего отупения.
Но больше всего преобладало опасение - ранее с интересом наблюдавший за происходящим из-под прикрытия спинных шипов Зяблик, теперь покинул свое место и направился «на разведку территории». Как подсказывал опыт, до того момента, когда он освоится на новом месте и в очередной раз нашкодничает, оставалось совсем немного времени. Но хозяйка упорно продолжала держать за конечность, не давая контролировать перемещения непоседливой Личинки.
- Ты когда последний раз спала, и сколько?
Попытка припомнить потерпела неудачу, тем более что пропавший из поля зрения объект был обнаружен по косвенным признакам – стоявшая на корпусе какого-то прибора в восьми метрах от них емкость с напитком, начала «самостоятельно» по миллиметру сдвигаться в сторону края. Слух различил тонкое, почти неслышное, скрипение коготка по полированному боку чашки.
- Я могу спать по чуть-чуть, или не спать очень долго, мы очень выносливы. – Пришлось отвечать обтекаемо, прикидывая тем временем, возможность успеть подхватить хрупкую емкость до ее падения на пол.
- Понимаешь, и твоей выносливости есть придел. Ты его достигла. Развернутое в нужную сторону ухо Грозы не оставляло сомнений, что происходящее для нее не является секретом, но отпустить конечность и спасать любимую чашку она не спешила.
- К тому же ребенок весьма живой… И знаешь, если предотвращать все его шалости, он так и не научиться многому. Например, что в кружку может быть налито что-то горячее…
Бдзынь! Хлюп! И звенящий шорох разлетающихся по полу осколков был органично дополнен возмущенным мявом и звуком скребущих по металлу коготков, когда взявшее разгон тельце рвануло с места преступления.
- Да и надоела мне эта чашка порядком… - прокомментировала отстраненно Гроза, - теперь будет повод завести себе новую… Заодно наука, не зря ведь запрещено на рабочем месте держать что-либо кроме инструмента…
Тут Зяблик добрался до длинного полотна, зачем-то повешенного на стену, и начал карабкаться по нему вверх, помогая себе выпущенными когтями.
- Да и штору эту давно надо было заменить на что-то приличное – флегматично сказала хозяйка на характерный треск распускаемой на ленточки ткани, тем не менее, продолжая придерживать гостью на месте.