В принципе все так и должно быть – заблудиться фермик не в состоянии даже в этом песчаном аду, вычисление собственного положения от известной точки заложено на уровне инстинкта, но все равно короткий взгляд на тактический экран монитора связи. Все верно, и можно стрелять.
Очередь кумулятивных снарядов ложится на борт корабля в слабое место корпуса, слева от начавшей раскрываться аппарели по диагонали. И тут же вторая следом – под девяносто градусов к первой, косым крестом. Смотря одним глазом картинку с камер штурмовой группы, Защитник перенес огонь на те четыре башни корабля, до которых мог достать. Четыре коротких очереди, что цель не видно ничуть не мешает, ведь где они известно - одно удовольствие стрелять по неподвижным целям.
Тем временем по оптической связи мелькнула размытая картинка перфорированного борта, звук удара и свет – это один из тройки Стражи разогнавшись «выбил пробку». Перед глазами мелькнула впечатываясь в память навечно картина внутренностей трюма и тут же исчезла – остальные двое выдернули Стража назад, ухватив за задние конечности.
Следом появляются уже два изображения - штурмовая двойка Стражей просовывает в проем «окурки» закрепленных под верхними рабочими конечностями парных стодвухмиллиметровых безоткаток. Акустика передает серию из четырех сдвоенных залпов и хлопок. Остается только приписать в список еще парочку нарядов вне очереди – вторая группа только сейчас вскрыла корпус со своей стороны, и рассогласование в действиях больше секунды с четвертью. Бардак!
Видеоряд рябит сильными помехами – вылетающая из стволов Стражей стреловидная картечь далеко не самый главный поражающий фактор их оружия. Это скорее бонус. А большая часть энергии истекающих газов преобразуется связкой МГД-генератор – микроволновой излучатель. Многократно отражаясь от металлических стен радиоволны превращают внутренности грузового трюма в разновидность электропечи. По всем металлическим поверхностям змеятся разряды и во все стороны летят длинные шлейфы искр.
Вроде и небольшое расстояние, всего двести метров, но к тому моменту когда Защитник «прибыл» в точку штурма, боевые действия уже переместились вовнутрь. Даже последний Страж, еще миг назад азартно паливший через пробоину (резонансные частоты для внутренних жидкостей у фермиков и мягкотелых различаются, так что можно стрелять не боясь поджарить своих), мелькнул силуэтом в дыре и присоединился к общему веселью.
Взявший хороший разгон «живой танк» слегка расширил получившийся проем и погасил остатки скорости взвизгнувшим и ставшим на миг видимым щитом об тупую морду какой-то машины. Отскок влево, в укрытие, и вскинуть «поливалку» в поисках целей.
Целей не было. Справа, в арке едва открывшейся на четверть аппарели, догорал магниевый пирофакел. В его режущем даже глазки свете по помещению, заставленному многочисленными коробочками техники, метались причудливые тени – проводящие зачистку «мелкие».
Ту часть десанта, что должна была выходить «на броне», уже можно было спокойно списывать – штурмовые скафандры кое-как защитили тело, но конечности, а главное глаза пострадали необратимо. Техника же признаков жизни не подавала – устроенное безобразие вогнало электронику и оптику в глубокий шок. Так что вся группа первого натиска практически утратила боеспособность. Ситуация на второй палубе, судя по отчетам, была аналогична.
Рассевшиеся на потолке Стражи в максимальном темпе отстреливались по оставшимся еще не зачищенными коробочкам. Двое, судя по звуку, использовали поставленные на второй удар осколочно-фугасные снаряды. Пробив легкую броню боевых машин десанта, они разрывались внутри, буквально выворачивая корпуса наизнанку. Третий бил кумулятивными по более серьезно бронированным самоходкам.
С этой троицей вовсю соревновались «мелкие», работая пятерками – один наносил прямо на броню десантного отсека круг из пластической взрывчатки. После подрыва штурмовая тройка врывалась вовнутрь, последний мелкий страж был в резерве и контролировал окружение.
Идея снабдить мелких наспинными емкостями с жидкой взрывчаткой оправдала себя на все сто. В принципе десант в броне и экзоскелетах вполне мог оказать серьезный отпор, но им нужно было время прийти в себя после контузии от взрыва и внезапного нападения. Времени на это им никто не давал. Да и броня, при всей ее прочности, была рассчитана на отражение кинетических снарядов, в ней было полно щелей, куда свободно проходил коготь на конце боевого щупальца.