Собственно, раньше, чем Защитник успел найти достойную цель для своего оружия, «хвост» доложил об завершении уничтожения противника.
Защитник на миг отвлекся, анализируя запах поля боя: пахло телесными жидкостями и пороховой гарью, нагретым металлом еще работающих двигателей машин, разлитой противопожарной пеной и озоном от коротких замыканий, но ничего опасного он не различил.
Тут сверху обрушился мощный удар. Взрывная волна вполне ощутимо качнула пол под ногами – судя по докладу второй группы она вступила в бой с очухавшейся наконец «второй волной» десанта, которая занимала две следующих палубы над грузовыми.
На третий ярус Защитник вскарабкался по шахте грузового лифта для подъема тяжелой техники. Да, уж - для отражения абордажа данный кораблик был не приспособлен от слова «совсем». Впрочем, не стоит винить в этом конструкторов. Мысль, что кто-то будет брать штурмом набитый под завязку войсками транспорт, вместо того чтобы просто и без затей расколоть его чем-нибудь крупнокалиберным, им и в страшном сне в голову прийти не могла.
Площадку перед лифтом и открытые настежь переборки («клинкерные переборочные двери» - дотошно уточнил Исследователь) никто не оборонял. Так что пять килограмм взрывчатки, которыми группа предвосхитила собственное появление, пропали даром, ну если не считать предупреждённого противника, конечно.
Причина этой странности стала ясна, когда «мелкий», от избытка энтузиазма сунувшийся в идущий вдоль «главной оси» корабля коридор, вылетел назад уже в виде ошмётков. Защитник на слух определил боевой дух противника как близкий к истерике – какого, спрашивается, было палить из стрелкового оружия, если вдоль явно работало что-то крупнокалиберное и весьма скорострельное?
Но и ему тянуть не стоило, потому как общая истерика совсем не исключала наличие в этом стаде здравомыслящих особей. От которых вполне могло и прилететь что-нибудь с немалым фугасным действием. Защитник форсировал работу щита и шагнул прямо под выстрелы. Приятного вышло мало - потеряв большую часть энергии тяжелые поражающие элементы настойчиво шелушили броню, навевая неприятные мысли о том, что ее толщина становится все меньше, а вечность все ближе.
Его даже слегка протянуло по палубе, видимо совместная «масса залпа» превышала его вес даже в перегруженном состоянии. В ответ «поливалка» оставила от трех «шагающих мобильных огневых точек», занимавших позицию в противоположном конце коридора, «рожки да ножки»». Причем буквально – только нижняя часть шасси и осталась. Заодно «прочесал» вдоль коридора осколочными, вгоняя снаряды в открытые проемы кубриков, что заставило до того азартно паливших из легкой стрелковки идиотов частью разбрызгаться по стенам и потолку, а частью искать укрытия внутри помещений.
Потом началась довольно нудная рутина «зачистки»: Защитник контролируя коридор двигался вперед до ближайшего проема, кто-то из старших Стражей всаживал в кубрик пару-тройку зарядов из своей безоткатки, лишая противника большей части боеспособности, и в помещение по потолку, для уменьшения потерь, потому как некоторые особи даже потеряв зрение пытались палить наугад в сторону проема, врывалось звено «мелких». Быстро разбирая оставшихся в живых на детали. После этого оставалось только проверить укрытия вроде вентиляции и шкафов-ящиков, да и двигаться к следующему помещению. Нудно и занимает массу времени, поскольку кубрики были небольшие в среднем на двадцать-тридцать особей.
Бойня, конечно, но в бою не бывает «справедливости» или «равенства», каждый вырабатывает тактику и оружие под собственную физиологию с одной целью – уничтожать противника с максимальной эффективностью и не дать это же самое сделать ему. Попадись, к примеру, Защитник со своим выводком тому же батальону в чистом поле - последним и стрелять-бы не пришлось, разве что по самому Защитнику. И то, снаряд из самоходки его «стационарный щит» даже не заметит, что он был, а остальных и вовсе бы одними гусеницами передавили…
А вот ближе к концу коридора с второй лифтовой площадкой рутина закончилась. И пришлось разбираться с опасностью большей, чем риск поскользнутся на оторванной конечности или разбросанных потрохах. Обороняющиеся проявили сообразительность и поставили возле люка трапа на верхнюю палубу еще одну автоматическую стрелялку. Хорошо хоть у оператора не вовремя сдали нервы, или машина имела инструкцию открывать огонь на любое движение, в общем повезло, потому как бронебойный снаряд щит не смог остановить, и только слегка отклонил.