Защитник на голом рефлексе шарахнулся назад и очень внимательно рассмотрел то место, где еще микроцикл назад у него был коготь на правой нижней конечности. Его счастье, что у техники не хватило ума дождаться, когда в зоне досягаемости появится что-то более ценное…
Проблему решили тут же, на двух «мелких» навьючили оставшиеся баллоны с жидкой взрывчаткой и отправили их по потолку в сторону люка с небольшим интервалом, прилепив на балон дистанционный детонатор для гарантии. Первый взрыв вырвал кусок потолка метров восемь в диаметре и заставив воспарить довольно тяжелую машину на гусеничном ходу. Была ли она повреждена ударом или только дезориентирована, проверять не стали, а расстреляли общими усилиями еще в воздухе. Второй же Страж проскочил в образовавшуюся дыру и рванул прямо посреди последней линии обороны противника – вторая группа в это время шла этажом выше и успела зачистить большую часть палубы, пока ее не прижали огнем практически у них над головами.
Стражи сходу сиганули наверх, следом за волной «мелких», зачищая остатки сопротивления, а Защитник застрял внизу – пусть и с пятикратным (боезапас подразошелся) весом на плечах прыгучесть куда-то вся пропала. Пришлось ждать, пока штурмовики закончат работу и спустят вниз щупальца, чтобы затащить наверх основную свою ударную мощь.
Некоторое время отняли пулеметы на входе на третью «командную» палубу. Что интересно, это не были спешно притащенные и установленные устройства. Больше похоже на стационарные посты, так сказать «для внутреннего использования». Интересная традиция - в шлюзах таких устройств не было, а тут поди ж ты.
А вот когда объединенная команда, сломив последнее совсем уж несерьезное сопротивление, вломилась в узел управления то там ее поджидал сюрприз – из пилотского кресла поднялась безоружная самочка и некоторое время просто стояла рассматривая их и придерживая руками неестественно раздутый живот. «Меньше среднего цикла до кладки», - отметил Хранитель и добавил, – «осторожно!», как самочка попятилась и потянула руку к какому-то оружию, просто лежавшему на пульте. Впрочем, ближайший Страж махнул щупальцем сметая оружие гораздо быстрее чем она успела взять его в руки.
Да вот только, как оказалось, целью была совсем не примитивная стрелялка. Защитник еще успел увидеть, как узкая ладонь вместо рукояти оружия опустилась на одну из клавиш пульта, а на лице женщины появилась улыбка облегчения.
А потом все вокруг залил нестерпимо белый свет.
***
Терм стояла посреди сгоревшей степи и единственным приметным ориентиром в округе был занявший половину небосвода и застывший на последней трети образования ядерный гриб, перечеркнутый циклопической надписью «GAME OVER».
Мелькнула было мысль выразить свое отношение к странному юмору ИИ на паре десятков известных языков, но остановило понимание бессмысленности сотрясения воздуха – действительно, ну а какой еще юмор должен быть у искусственного интеллекта?
Тем более что, почувствовав отношение к своей выходке, тот быстренько убрал издевательскую заставку, оставив только степь, и вывел стандартный отчет о прошедшей игре – динамика потерь группы и противника, анализ подмеченных ИИ ошибок, разбор вариантов развития ситуации в случае принятия альтернативных решений, рекомендации по тактике, выбору оружия и прочая, прочая, прочая.
Впрочем, все это сейчас интересовало Терм в последнюю очередь. Нубом она не была уже давно, и в большей части подсказок не нуждалась. Да и помнила все события до мельчайших деталей и запросто могла прочувствовать что было с каждым из десятков участников в любой момент времени. ЭЭто не говоря про то, что игра была организована совсем не ради учебы или развлечения.
А теперь посмотрим, что дала нам эта «тренировка».
Сначала самое простое: выбор противника содержит вполне прямой и недвусмысленный намек. Скорее всего, это работа Зяблика. Растет сынок, уже дорос до того, что начал и мамке указывать. Дескать, не стоит недооценивать противника и считать себя круче вареных яиц. Ты – ученый, а не боевик и «инстинкта убийцы» лишена напрочь. Хоть и имеешь в себе вполне сформировавшегося Защитника, но на поле боя не место тому, кто воспринимает происходящее как игру.