Достижения современной адаптивной оптики, позволяющие нормально видеть хотя-бы в очках, превращают меня заодно во «врожденного» снайпера. Вот уж бесполезный талант, даже охотиться не люблю.
Обычно же в кобуре, а сейчас в виде деталей на столе, вместо «К96» лежит современная реплика более позднего ствола - «Астра модель Ф». Внучка ветерана англо-бурской и гражданской моложе почти на полвека, но от своего предка внешне практически неотличима, несмотря на то, что лишена немногих его недостатков.
Ну кто в наше время, когда большинство видели этот ствол только в «фильмах про революцию», сможет с одного взгляда «срисовать» отъемный магазин на двадцать (или сорок) патронов или переводчик огня, к тому же доработанный, в отличие от оригинала, еще и под стрельбу фиксированными очередями – по два и три патрона?
Девчонки, впрочем, срисовали на раз, потом все выпрашивали «посмотреть», да подержать. А потом было ахов-вздохов – «ах, девять миллиметров», «ох, автоматика на коротком ходе ствола – какая точность», «да это ведь не пистолет, а легкий карабин!» и так всю дорогу на сафари. И смотрели уважительно, что было неожиданно приятно. Оценили профи выбор оружия под местные реалии, такая оценка дорогого стоит.
Девчонки… Я ведь, когда пришлось встречать прибывшую группу, сначала было подумал, что ошибся гостиничным номером. Потому как открыла мне дверь девчушка лет шестнадцати, не больше. Тонкая гибкая, с озорным взглядом, вздернутым веснушчатым носиком и с косой толщиной в руку, ее правда ручку, которую спокойно двумя пальцами охватить можно было. За спиной милашки раздавался характерный «щебет», выдающий присутствие в зале двухместного люкса как минимум еще пяти экземпляров того же возраста и пола, и трех женщин постарше – лет около двадцати.
- Мне бы Коваленко…
- Ой, а Надежда Семеновна в душе… Но вы проходите, Вы ведь, наверняка, мастер и пришли наш визор посмотреть, он тут валяется – говорили отличная модель – «Люкс 203», а барахлит как самый последний «Виф»…
Застыв столбом на входе как-то не сразу и сообразил, что она мне только что назвала пароль, а десять пар красивых женских глаз смотрят не просто так, а в ожидании отзыва.
- Вы на него наговариваете, просто надо снести последнюю прошивку и поставить как минимум на две версии более раннюю… - губы выговаривали отзыв практически самостоятельно.
Десяток нимф разного возраста дружно улыбнулись моему обалделому виду, усадили на диван, налили чаю, плеснули чего-то на два пальца в стакан, подсунули коробку конфет, да и оставили в покое – отходить от когнитивного диссонанса. Некоторое время все были при деле - девушки мило болтали под лимонад – шампанское – коньяк – конфеты, в зависимости от возраста и предпочтений, дожидаясь появления из пены ванной начальства, а я переосмысливал некоторые общечеловеческие стереотипы.
Все мы хороши задним умом. Ведь что представляется современному человеку при слове «спецназ»? Правильно – мужик чуть красивее гориллы, под два метра ростом, с руками способными ломать подковы и с головой, об которую можно разбивать бутылки и кирпичи. Такому экземпляру и каску надевать не надо – от лба пули снайперов рикошетят, потому как «сплошная кость». Ему оружие не нужно - всех врагов будет рвать голыми руками и есть сырыми.
И как-то не приходит в голову, что при виде такого экземпляра любая охрана тут же будет хвататься за оружие и стрелять на поражение.
А если серьезно, то просто обосновать нахождение мужчины, скажем, на оккупированной территории, не говоря уже о глубоком тыле противника, пусть и не столь героических статей, а просто призывного возраста - это целая эпопея с весьма небольшими шансами на успех. Для группы и вовсе полномасштабную операцию по прикрытию и обеспечению проводить надо, и чем больше телодвижений, тем выше риск провала…
Да и в «мирное» время, переставьте себе переброску в нейтральную страну следующего состава: группы наблюдения – десять человек, группы захвата – восемь, группы обеспечения отхода – двадцать, плюс группа связи и управления – пять. Итого сорок три рыла.