Все, шутки кончились и прячемся уже мы. На поле боя возникает пауза как в театре, попавшие под огонь на открытом месте теперь прикидываются ветошью и боятся пошевелиться, до командиров дошло что взять с наскока не вышло, задавить массой тоже, и теперь остается разве что атаковать засевшего в здании, вооруженного боевым оружием и готового противника. Что по всем уставам положено делать под прикрытием брони или снеся здание до основания артиллерией, а лучше – с применением специальных средств, разрушающих заодно и подземные укрытия с коммуникациями. Аж интересно стало – попробуют?
Броня, во всяком случае, из-за угла казармы слева выскочила как чертик из бутылки, совершенно бесшумно. Спаренные гауссовки глянули в нашу сторону очень уж недружелюбно, но в следующий миг под башней БРДМ вспух султанчик дыма в месте попадания «учебной» ПТУР, а Берцы с грохотом скатились вниз с лестницы на чердак – от греха подальше. Хрен знает, что на уме у «коробочки», они же в танке – померещится еще чего или нервы сдадут. Все же такой переплет у них явно не каждый божий день.
Впрочем, в голосе усиленном матюгальником, который прозвучал из превратившейся в султан дыма БМДР, сквозь кашель было слышно явное облегчение. Больше ничего информативного в предложении о начале переговорного процесса не обнаружили. Если мат опустить.
Витек подполз к выключателю и, сняв с него лицевую панель, отбил морзянкой ответ, замыкая ножом контакты лампочки над входной дверью в здание. Как не удивительно, но лампочка над входом уцелела и вполне исправно донесла ряд международных сокращений радиолюбителей-коротковолновиков.
Во всяком случае «ПНХ» было точно воспринято – в ответ, если опустить опять же рад авангардистских филологических идиом, у нас поинтересовались «вы че это делаете?» После чего в ответ, помимо трехбуквенных сокращений, ушло довольно информативное послание – «отбито нападение на казарму, захвачены пленные, ведем допрос», что вызвало длительную паузу и бурный радиообмен в эфире. К сожалению не вскрываемым имеющимися средствами кодом.
А допрос засунутых в каптерку пленных тем временем шел с переменным успехом. С одной стороны, все заботливо разложенные на белой простынке «медицинские инструменты», включая найденные на чердаке ржавые напильники, ножовка по дереву, пилка по металлу и кувалда, пропали втуне и никакого действия на захваченных не оказали – из-за слез и соплей они вряд ли их видели. Зато угроза этапировать строптивых в нашу казарму – нюхать помимо нашатыря еще и их собственную слезогонку оказала прям таки магическое действие.
Переговоры тем временем ожидаемо зашли в тупик, требование о прибытии «знакомого лично» офицера не могло быть выполнено по техническим причинам – командир части был дома и еще не доехал, а про встречавшего нас прапора то ли не вспомнили, то ли он тоже был вне расположения, то ли слишком по-армейски прямолинейно восприняли слово «офицер».
Словом – ситуация стабилизировалась. Штурма в ближайшее время ждать не стоило. Бедолаги, они ведь еще не знают самого главного…
***
Утро встречали на плацу всем составом, при оружии и внешнем виде будто только из боя. Не хватало только развернутого знамени с раненым в голову знаменосцем и, судя по выражению физиономии добравшегося таки в расположение командира ВЧ №хххх, расстрельной команды.
Подполковника, однако, можно было понять – бардак вышел просто феерический, нам аж самим стыдно стало. Ох, не погнали б за наши фортели подполкана на пенсию майором…
Отсутствующая на участке метров в триста ограда части, перепаханные танковыми гусеницами аккуратненькие газоны, поднятый на всю ивановскую, аж до самых высших сфер, хай, и довольная рожа полкана в танковом шлеме – непосредственного виновника описанного безобразия, вполне ясно говорили о том, что малой кровью все не разрешится.
Дело в том, что вместе с вскрытием оружейки, мы подали заодно еще и «иволгу» (*на самом деле кодовый сигнал совершенно другой, но этот уже стал нарицательным, так что пусть будет «иволга»), по каналу, который местные забыли, а может не смогли, заглушить. Дескать ЧП – нападение на базу спецназа, точнее враг уже на самой базе.