И вот, аккурат перед получением второй радиограммы «Центра» стало ясно, что ничего нам уже не светит, никакие фокусы не помогают и оторваться от преследования нам удастся, только сотворив что-то неординарное – научившись летать, например. Так что добивали последние минуты отдыха в самом не радужном настроении. Нужно было рисковать. И серьезно.
К жующему травинку командиру подошел Сема и доложился:
- Закончил. Но ты себе представляешь, что будет если…
- Ты лучше скажи, что со следами.
- Не переживай. Вырезал. Вроде неплохо вышло.
Витек еще полюбовался облаками и горестно вздохнув поднялся.
- Ну что, орлы. Вариант «Цапля». Полетели? – Поинтересовался общественным мнением Витек.
Общественность обреченно кивнула.
Дела давно минувших дней 6
- Смотрите тащ.лейтенант что кабаны учудили. – низкорослый и плосколицый разведчик указал на цепочку следов, уходящих влево по тропе в сторону базирования «соседей».
Лейтенант с недоумением присмотрелся, но только когда терпение стало подходить к концу, и он уже хотел матом выразить свое отношение к странной шутке заметил, что перпендикулярно к следу, метрах в трех от него была натянута тонюсенькая проволочка. Поперек тропы стояла растяжка.
- Как же они пройти смогли?
- Так тащ-лейтенант эти все хитрости только на человеке сработать могут и то на не слишком внимательном. А зверь все чует и зацепить может только по непониманию, что это за штука. Но откуда на полигоне настолько дикому зверю взяться?
И видя что лейтенант встает чтобы отдать команду продолжить преследование уходящих диверсантов поторопился задать вопрос:
- След то совсем свежий, может пробежаться да свежатинки раздобыть?
Лейтенант усилием воли прогнал вставшую перед глазами картину – громадная отбивная шипит на углях истекая соком и салом, и посмотрел в сторону куда ушла преследуемая группа. Видение сочащейся соком отбивной сменилось образом красной рожи начальства, которое брызгая слюной и стуча кулаком по столу назначало его «вечным по чему-то там…». Потом, уже в реале, он увидел горящие азартом глаза бойца, обычно такого флегматичного и немногословного – видимо наружу сквозь привычную безразличную маску прорвался зов крови предков, тысячи лет добывавших себе пропитание охотой, и опять заколебался. Если Якут пришел в такое возбуждение, то без добычи он точно не вернется…
Еще пару секунд ушло на колебания и в мозгу забрезжило решение не грозящее ничем кроме устного разноса даже в случае неудачи:
- Мы на задании боец! А не на твоей любимой охоте и наша дичь совсем рядом и стрельбу вполне может услышать, что помешает выполнению задачи. Но и проверить непонятный след надо, так что берешь Снумрика и вдвоем пройдете по следам. С соседями я сейчас свяжусь и предупрежу чтобы они внимания на сработку системы не обращали. Может получится догнать стадо или выгнать его на засаду соседей дальше по тропе. Но если ничего не получится - чтобы через полтора часа нас догнали.
Пять минут ушло на установление внеплановой связи. Соседи информацию о том, что цель пошла в другую сторону восприняли с разочарованием, а вот то что в сторону них движется стадо кабанов – с воодушевлением. «Лишь бы слишком много нахлебников не образовалось на еще не добытого кабанчика» - с тревогой подумал лейтенант, - «а то моих бойцов всего двое. Впрочем, они разведчики и вряд ли свое упустят…». После этого загонщики возобновили свое движение – охота охотой, но двуногая дичь упорно пыталась уйти от преследования, несмотря на явную бесполезность этого действа.
Ну тем хуже для нее.
***
Якут с напарником догнал их через отпущенные полтора часа. Разочарование его было столь велико, что отразилась даже на обычно невозмутимой азиатской физиономии. С охотой явно вышел облом – разведчики дошли до второй растяжки, но не доходя до третей и метров восемьсот до засады стадо, судя по следам, свернуло с тропы прямо на минное поле. Преследовать его там, не имея кабаньего нюха на взрывчатку, а кабаны в этом плане дадут фору и собакам, было явным самоубийством, так что к немалому разочарованию участников несостоявшейся охоты пришлось возвращаться.