Разозленный неудачей лейтенант погнал неудачников в передовой дозор, от глаз подальше, хотя особой необходимости в лучшем следопыте там не было – как явные горожане, преследуемые оставляли след четче чем гусеничный трактор. Было правда непонятно, как с такими навыками они вообще умудрились до сих пор оставаться непойманными?
Но прошло еще почти два часа преследования, а догнать уходящую группу не получалось. Семижильные они что ли? Преследователи уже взмокли, наваливалась усталость и рассеивалось внимание, а противник похоже не приближался. И тут Якут остановил продвижение.
Пробираясь к арьергарду лейтенант очень надеялся, что обычно не допускающий косяков боец даст сегодня повод сорвать злость. Увы, реальность превзошла все его ожидания.
- Командира, твоя стучать мне по башке, однако… - вид Якута, раскачивающегося над видимым только ему следом держась за свою «башку», будто проверяя ее наличие, настолько сбивал с толку, что лейтенант ляпнул первое что пришло в голову:
- Ты же вроде не чукча? Чего тогда тут героя анекдотов разыгрываешь? – впрочем, тоскливый взгляд бойца настраивал на серьезный лад.
- Однако, - видимо образ «сына тундры» оказался через чур прилипчивым – эти демоны нас надурили. А я-то все думал – «что не так было в тех следах?», а счас однако понял – следы такие будто кабан на двух ногах шел, а не на четырех! Так что не надо Командир вперед ходи. Нет там никого, они прошли, потом по своим следам вернулись, одевать кабаний нога и вбок уходить. Потому и след тут есть такой – никто его не прятать!
- Ты что же хочешь сказать? Они прямо по минам от нас ушли?!!
- Бери палка вот такой, - Якут показал на уровне своей головы, - на такой высоте привязывай другая палка, - Взмах рукой на уровне колена, - на нее ставай ногой, за верхнюю часть держись рукой и ходи себе. Моя такой в цирке видел – «ходуля» называется. Там на них клоун даже танцевал и на трамплине прыгал. Человек от мины высоко – мина не срабатывать!
Новость валила с ног и действительно было непонятно что делать – то ли идти вперед и убедиться, что след и правда закончится, то ли рысью бежать назад, но в этом действии смысла было еще меньше – не переться же вслед за этими психами через минное поле в самом деле?
Впрочем, проверить это все было просто:
- Высота-12, высота-12. Предполагаю, что противник ушел к вам. Проверьте, когда были сработки емкостных датчиков на тропе 23/14.
Вот так, если проходили кабаны, то даже не оборвав растяжки они своими тушами должны были изменить емкость (как и человек) и вызвать сигнал от датчика, а вот если человек на ходулях, то никакого срабатывания не будет – как и для мины он находится слишком высоко. Мысленно ругая себя на все корки, что он не подумал об этом раньше, пока еще лейтенант (но если не со звездочкой, то с очередным званием он уже мысленно попрощался) еле сохранял невозмутимость дожидаясь пока связист передаст данные из журнала. Они не радовали – сработка была только когда сторожевые линии пересекали Якут с напарником, «кабаны» прошли так, как будто были бесплотными…
Прикинув, куда могла успеть уйти группа, пока они шли по ложному следу, по карте, оставалось только горестно вздохнуть и экстренно выходить на связь со штабом. Ага, получать честно заслуженный фитиль и «Руководящие Особо Ценные Указания» - перейдя через минное поле диверсанты могли идти куда угодно, никаких препятствий на их пути не было, а вот возможностей, вплоть до шоссе и железной дороги, была масса. Все усилия бригады специального назначения и «смежников», работа тысяч людей за последние дни пошли насмарку.
Операцию по перехвату группы надо было начинать практически с нуля.
***
«Это есть наш последний…», - дурацкий мотив никак не желал вытряхиваться из головы, и попытки от него избавиться были давно оставлены. Потому как: во-первых, он все же помогал переставлять ставшие чужими ноги, а во-вторых - стоило от него избавиться, как в голове возникали куда как менее оптимистичные слова – «сколь верёвочка не вейся, а совьешься ты …»