А мне и вовсе было не до их переживаний. Через три часа штормования старший помощник обратил внимание на сохранившего естественный цвет и аппетит пассажира. С началом шторма я вспомнил о побочном эффекте взятого с собой «пофигина» и теперь отлично выделялся румянцем на общем зеленом фоне. В итоге меня сунули в рубку «вторым рулевым» с главной задачей работать якорем – то есть удерживать рулевого за пояс, чтобы очередная волна не провернула его вместе со штурвалом.
Вот тогда и удалось полюбоваться на море в его естественном состоянии. Незабываемое зрелище когда видишь перед собой Волну которая величественно возносится не только над тобой, но и над верхушками мачт, причем эдак втрое от их длины. И на эту жидкую гору, вереща от ужаса форсированным двигателем, начинает восхождение скорлупка с тобой внутри. И что самое удивительное – выгребает, чтобы на самой вершине открыть взгляду просто бездонную водяную пропасть внизу, между волнами куда секундой позже предстоит скатиться, и еще более высокий Монблан следующей волны прямо перед глазами. Свихнуться от впечатлений можно. Вот только некогда – все настолько заняты, что даже на эти красоты любоваться удается только краем глаза.
Как говорится «вся жизнь пролетает перед глазами». Ну, жизнь – не жизнь, а времена молодости вспоминались очень даже живо. Видимо по аналогии с бурлением за иллюминаторами. Потому как все оставшиеся годы были тихими и размеренными, как тоже самое море еще сегодня утром. Ага, забавные аллюзии возникают, однако. Судя по всему, впереди всем нам предстоит нечто подобное происходящему, впрочем, до будущего урагана надо еще пережить этот…
А потом привык. Человек он к чему угодно привыкнуть может. Вот только потом находиться рядом со ставшим ласковым и солнечным морем почему-то не было никакого желания, и проще было карабкаться вверх по скале, чем подождать лишних полчаса наедине с этим заснувшим чудовищем.
***
Ничего так островок этот, «Морковкин полигон». Из-за смены владельца претерпело изменение и название. Был у военных «Полигон», теперь у острова новая хозяйка, и все дружно переименовали клочок суши по ее фамилии - «Морковкин». Впрочем, называют и так, и так – и никто особо не путается.
Сам остров отнюдь не прост. Высота берегов такова, что в большей части мест наверх не забраться и с альпинистским снаряжением. Зато есть взлетно-посадочная полоса, способная принимать не только самолеты, но и не слишком большие космические челноки. Подземные коммуникации военной базы сохранились замечательно, наземным требуется некоторый ремонт, чем и занимается хозяйка острова - оперативный псевдоним "Джульетта", не так давно сменившая имя и фамилию и ставшая, не без помощи извне, землянкой. Ромео ей вовсю помогает, когда не занят в собственном проекте.
Словом, живут наши голубки душа в душу. Вполне умело направляя хозяйственные усилия нескольких десятков трудных подростков, между прочим из разных и совсем не дружных между собой банд, и всех, кто подвернется под руку. Смысл этой кипучей деятельности напрочь терялся в тысячах мелочей.
Выяснить откуда взялся на острове ядерный реактор в ходе оперативных мероприятий так и не удалось. Если его военные «забыли», то у меня начинает свербеть орган интуиции от желания заглянуть в «вороньи гнезда» на господствующих над островом высотах – не забыли ли наши бравые вояки там заодно и зенитные автоматы ПВО.
Управляемые минные поля вокруг ВПП и наземной части базы, во всяком случае, в полном порядке. Я проверял. Да и цепи управления заботливо подлатаны, а «исполнительные устройства» установить - дело пары часов, даже если их нет. Впрочем, всё пребывает в полу-законсервированном состоянии, что тоже верно – по острову бродят толпы посторонних, ни к чему тут лишний ажиотаж.