Однако, это уже разгулялось моё воображение. Для эффективной обороны острова нужен гарнизон численностью в полторы тысячи человек. Найти их при желании можно, а вот зачем? С последним и предстояло разобраться.
Две недели активно вникал в творящееся вокруг, буквально шкурой чувствуя, что не только я исследую новую для себя среду, но и она весьма активно ко мне присматривается. Местные аборигены, а заправляла тут именно эта странная фракция анархо-коммунистов, с охотой объясняли и показывали происходящее. Настолько охотно, что чувство опасности просто отмерло, оставив свои попытки о чем бы то ни было предупреждать.
Паранойя? Может быть. Ну а как еще реагировать, если совершенно незнакомого человека проводят вдоль технологической линии производства штурмовых винтовок, вежливо отвечая на вопросы, с радостью разрешая проработать на некоторых участках, чтобы он мог войти во все тонкости процесса, и знакомя под конец с генеральным конструктором? Ежу понятно, что отпускать живым столь осведомленную личность никто отсюда не собирается. Предстоит сильно попотеть, чтобы в итоге выбраться, но это все потом.
А пока, помимо вполне впечатляющего оружейного производства, тут было развернуто еще несколько технологических цепочек, тоже из серии «технологий с двойным дном». Ведь и штурмовую винтовку, штурмовой винтовкой никто собственно не называл – проходила она как охотничий самозарядный гладкоствольный карабин, предназначенный для защиты жителей от неумеренной активности биосферы Прерии.
А то, что на расстоянии в полторы сотни метров подкалиберный закаленный стержень из этого ружьишка пробивал практически любой элемент бронирования среднего десантного экзоскелета, разе что кроме грудной кирасы, это просто случайность или совпадение – такие уж тут хищники на Прерии, обычной пулей их не возьмешь. И лазерный прицел этой пушке приделан исключительно для стрельбы ночью или навскидку - на расстояниях не больше пятнадцати метров, а не для точной стрельбы на три сотни метров, на которых она прошивает легкий экзоскелет навылет вместе со всей его начинкой.
И пустота в цевье под стволом предназначена не для боевого лазера, питающегося от «чудесных» аккумуляторов разработки Джульетты (к слову – именно кристаллы для лазеров выращивались на соседней «непонятной» технологической линии), а исключительно для удобного расположения портативного (размером с карандаш ведь!) сварочного аппарата ее же авторства. Мало-ли зачем охотнику может понадобится такая нужная в хозяйстве вещь – отвалившуюся пряжку ремня там приварить, или из рельса кусок на память вырезать… А так он всегда с тобой.
Тем более, хозяева острова, помня о том, что «техника в руках дикаря – груда металла», озаботились и теоретической подготовкой прибывающих колонистов, и стрелковой, и тактико-специальной. И то верно – какой смысл давать оружие тому, кто не умеет им пользоваться? И вот будущие колонисты тщательно изучают в учебных классах всевозможную местную живность, ее повадки и способы с ней управиться.
Долго ломал голову почему в «профилях и силуэтах» отсутствует Хомо Сапиенс Милитари, но, попав на практику, понял две простые вещи – организаторы реально считали местную фауну более опасной, чем вооруженный человек и, соответственно, предполагали, что основные события будут происходить не в населенных пунктах. А умению ловить ближнего в прицел учиться недолго, и, в отличии от страха перед зверьем, для этого обычно совсем не требуется преодоление каких-то высоких психологических барьеров. Что бы там не утверждали философы-гуманисты.
Вторым «откровением» было то, что всех изначально учили действиям в группе. Это было новостью в обучении военному делу. Обычно сначала солдата натаскивают индивидуально и только потом пытаются сбить из одиночек подразделение. Здесь же сразу вбивали четкое понимание – насколько бы ты ни был хорош, без других тебе не выжить. И жертвовать тоже никем нельзя, или выживают все или… Очень уж знакомые установки, будто действительно назад на базу подготовки спецназа попал. Впрочем, так далеко в «накачке» даже там не заходили. Были и еще приветы из прошлого.
Например, очень немногие знают, что основной упор при подготовке спецподразделений делается на подготовку психологическую. Физические кондиции не так важны, а навыки – вопрос опыта, всё рано или поздно упирается именно в психологию – в способность человека переступить через свою слабость и обучиться. В крайнем случае, недостатки обучения, или физических кондиций могут быть нивелированы техникой и оборудованием, но вот подготовить соответствующие мозги очень сложно. Обычно довольствуются простым ситом, отсеивая «не кондицию». Здесь же был применен прямо противоположный подход.