Капитан был идалту, впрочем, как и вся его команда – мечты фантастов до космической эпохи о смешанных экипажах так и остались мечтами, не столько из-за ксенофобии, сколько от простого факта – там, где выживание зависит от четкости взаимодействия, проще сработаться с тем, кто мыслит с тобой одинаково, а естественная вариабельность способностей внутри одной расы легко перекрывала видовые отклонения. Жаль.
Действительно жаль. Сам капитан с большим удовольствием имел бы на корабле десантников-фермиков, чем соотечественников, которые в любой момент могли поставить «на кончик когтя» совершенно любой вопрос. Ничего не поделаешь, полугодовое безделье в ограниченном пространстве вымотало всех, а вот фермики эти месяцы просто бы проспали. Увы, но к тем же фермикам-десантникам в качестве центра управления наверняка бы шла в комплекте как минимум одна особь уровня «трутень», а поладить с ней было еще той задачкой…
Два десятка палуб Кэп, а называли его все исключительно так – дань уважения и одновременно проклятие должности, проскочил даже не заметив – лифтовая шахта от носа до кормы стационера была пустынна, лапы совершенно автоматически цеплялись за зацепы на стенах, путь вниз был еще удобнее – желающий спуститься просто сигал в провал стараясь попасть на один из батутов. Поскольку приемные площадки располагались по спирали, то попасть куда надо за один прыжок мог любой.
«Любой живой…» - потому что трупы просто бросали с площадок, целясь в проходящую по центру пневмотрубу лифта, а потом они летели до самого дна. Впрочем, в боевой обстановке легко скакать тут бы не получилось – потерявшие герметичность палубы изолировались отсечными переборками, и совершенно пустая сейчас шахта превращалась в запутанный лабиринт.
В мирное же время такой способ перемещения не вызывал трудностей даже у стариков этого четверорукого вида, совсем недавно (с точки зрения биологической истории, разумеется), спустившегося с деревьев и перешедшего с лазания на палцехождение. Разве что беременные женщины, и то не все, вместо скаканья по сеткам батутов предпочитали перемещаться по стенам. Для транспортировки раненых, впрочем, были предусмотрены капсулы, которые сновали по стенам, цепляясь за те же самые отверстия, или центральная пневмотруба. Тяжелое оборудование перемещалось тоже через шахту, с помощью занимающей весь пролет от лифта до стен платформы, неспешно поднимающейся по тем же самым зацепам-отверстиям.
Представителями других рас такой способ перемещения воспринимался по-разному. Фермики, те вообще, несмотря на всю свою бронированность и приличный вес, похоже не отличали пола от потолка, чем порою вгоняли встречных в оторопь. Идешь, никого не трогаешь, и тут под цокот бронированных когтей из-за поворота выносит тушу килограмм под триста на скорости метров за тридцать в секунду, а инсекты, надо сказать, степенного перемещения обычно не признают, или замирают в полной неподвижности, как неживые, или несутся, будто по ним из гранатомета стреляют.
Так вот, выносит на тебя этот ночной кошмар, даже «мама» пискнуть не успеваешь, как он запрыгивает на потолок и продолжает чесать дальше в том же темпе, даже успев скороговоркой пробормотать вежливые извинения – только ветер вставшую дыбом шерсть трепанул, а его уже нет. И понимаешь, что ничего страшного, но все равно не по себе – а ну как все эти сотни кило вниз сверзнутся, все же корабль на такой стиль движения не рассчитан.
Так что у фермиков шахта сложностей не вызывала, с их координацией движения и количеством конечностей они вообще не замечали различий.
А вот Адамитов первоначально брала оторопь. Страх перед высотой – врожденный рефлекс их вида. Странно это для существ во всеуслышание тоже объявляющих себя потомками древолаза – обезьяны, при том, что они, в отличие от той же обезьяны, ни разу не четверорукие. Ну да это их интимные подробности, кого хотят пусть того предком и объявляют, хоть орла, хоть крысу. Главное было то, что и среди Адамитов люди, неспособные преодолеть страх высоты, встречались редко – вряд ли такие становятся пилотами или десантниками, а другие на военные корабль попадали редко. Так что и они через некоторое время скакали как блохи, даже бравируя собственной лихостью, но все равно были внутренне скованными, из-за чего искусственному интеллекту корабля приходилось их постоянно подстраховывать.