Впрочем, сейчас на борту посторонних не было, как и на самой планете. Полигон закрыт, весь поток молодняка теперь проходит сдачу экзаменов на других планетах, а ограниченный контингент десантников обеспечивает работу научников.
То есть, поскольку сами научники сидели на базе и уха из-за дерева не высовывали, то и десант на планету практически не высаживался, а ломал тренажеры в спортзале и точил когти об стены, бестолку болтаясь по коридорам стационера, и потихоньку зверея от безделья. До идиотских выходок и нарушения дисциплины дело пока не дошло – в команде были сплошь ветераны, но свой предел прочности имели и они. Тем более, что выводы научной группы и следующая из них пассивная позиция очень не понравилась военным. Между гражданскими и десантом наметился раскол и даже начались трения.
Руководству с обеих сторон едва-едва удавалось сглаживать конфликты. И не стоит иронично улыбаться, половина научников состояла из женщин, у военных с гендерным балансом было похуже – меньше четверти, произошло так случайно или намеренно непонятно, обычно даже в самых элитных подразделениях женщин было больше половины. Вот наскочит на тебя такая практиканточка, а то и аспиранточка – шерсть дыбом, когти веером, от взгляда оплавленная полоса шириной в метр остается, как после станкового плазмогана, а все из-за того, что посмел усомниться в разумности доводов ее профессора – что тогда делать?
Женщины ведь только считаются слабым полом, а на деле - челюсти любой вполне перекусывают голень, а двадцать когтей мигом распустят на ленточки. Ну не драться же с ней всерьез, даже спасая целость собственной шкуры, тем более, что в амок они впадают гораздо проще и быстрее, а после такой «битвы» на тебя даже самые близкие коситься начнут. И отнюдь не с одобрением.
Да и мужики у них… Десантник хорош в броне и с оружием, когда рядом есть боевые товарищи, а вот один на один твои когти и зубы уже мало чем отличаются от точно таких же у твоего противника. И не надо говорить, что более высокий интеллект слабо помогает в рукопашной. Помогает, и еще как. Тем более, что в ксенобиологические экспедиции овощи не попадают.
Одно дело выполнение боевой задачи, когда за тобой стоит поддержка цивилизации, выраженная, как минимум, огневой мощью крейсера и твоего собственного оружия, есть братва, которая рискнет своей башкой, но постарается вытащить твою из очередной передряги. И совсем другое, когда тебя без всякого оружия, буквально в чем мать родила, с криками «бей демона» гоняет толпа крестьян с виллами, а то и вся королевская конница, вся королевская рать. И задача тут ведь не «всех убить», не просто уцелеть, а во всем разобраться, и, если не превратиться в друга, то во всяком случае заслужить уважение как равного. Так что еще большой вопрос, кто выйдет победителем, если столкнутся навык решать самую невозможную задачу, не считаясь с потерями, и умение решать любую задачу как нестандартную. Собственно, на этой способности разрулить любую конфликтную ситуацию, не прибегая к силе, все пока и держалось. Но и тут был свой запас прочности.
В полированной поверхности двери шлюза мелькнула знакомая физиономия и Кэп последний раз оценил свой внешний вид как говорят перед «выходом в люди». У, скажем, котенка такой окрас вызывал бы умиление – угольно черная шкурка, белые носочки и перчаточки, несколько неправильных белых пятен на мордашке, придававшие серьезное выражение. Но капитан был идалту, а они на окрас обращают внимание только чтобы запомнить собеседника (рисунок пятен на шкуре, так же индивидуален, как отпечаток носа), из общей массы его выделяли разве что уши – не острые, а скругленные, будто у барса, но и это было в пределах нормы. Теперь вряд ли кто будет предаваться умилению от пятен на мордашке, если ее обладатель имеет рост метр девяносто, весит за сто, и в слишком узкие двери проходит боком из-за разворота плеч. Вырос котенок.
А вот на обсервационной площадке капитана ждал сюрприз. Обычно тут никого не было – привычки лидера были давно известны и в маленьком коллективе чудачества друг друга старались принимать с максимальным пиететом. Желает Кэп смотреть на звезды в одиночестве – остальные найдут на это время себе другие занятия. Каждый старался сберечь чужой покой как собственный, тем более, что тогда и к твоим желаниям будут относиться трепетно. Длительное пребывание в замкнутом объеме хищников, пусть и перешедших на всеядность, это само по себе занятие экстремальное, чтобы еще и позволить себе невнимание к товарищам. Так что если кто-то решился нарушить те немногие минуты уединения что может себе позволить лидер немаленького коллектива, значит ситуация того требует, и теперь вместо приведения в порядок собственной души и мыслей, придется проявлять чуткость по отношению к душе другого. Ничего не поделаешь, это хрупкое равновесие взаимной внимательности действует жестче и непреклоннее иных законов физики.