Правда, кого от кого тут собралась защищать эта элита, осталось непонятно, видимо прибыли для придания приему должной официальности.
Постепенно нервные метания затихли и Мать, предварительно отправив в короткий перелет не вовремя сунувшего слизнуть выступившую на ее брюшке «капельку» Рабочего, двинулась посмотреть «кто это там пришел». Она уперлась грудью в брюшко, продолжающего пятиться к противоположной стене Короля и, вытянув шею поверх его спины, глянула на скорчившуюся фигуру.
Вот тогда и пришлось пожалеть, что в отличие от всех прочих разумных, у особей их вида нет возможности «зажмуриться». Неудобная поза ничуть не скрывала подробностей – раздувшееся брюшко матери, затянутые пленкой сложные глаза, и снимающие стружку с броневых плит пола когти. Все это однозначно говорило, что до новой Кладки оставалось не больше нескольких сот микроциклов (*микроцикл – 31 секунда приблизительно).
Какую боль испытывала в этот момент Мать, понять можно было только самой пройдя этот путь, впрочем – такое желание посетит ее еще не скоро, не исключено, что и благодаря этому воспоминанию тоже. Но и удивительная мудрость Матери, надо сказать, тоже останется в памяти - как пример для подражания, потому как скрежетнув жвалами та заявила:
- Что ж, молодой трутень… (*данный термин означает не половую принадлежность. У фермиков число мужских и женских особей в большинстве сфер деятельности не слишком отлично, да и сами отличия важны только для репродуктивных особей, которых мало чрезвычайно. В обычное время – это и вовсе только Король и Первая Царица. Трутень, это следующий шаг по лестнице разума - особь, вносящая свой вклад не умениями, а знаниями. «Разумный умственного труда», так сказать)
- «Адепт второго уровня», это похвально, Улей выражает довольство вашими успехами, но вот выбор специализации… У Улья нет потребности в исследованиях чужого разума – просто потому, что тут нет объектов для изучения, зато у Улья есть потребность поддерживать в порядке связь с теми самыми «Иными», так что… ВОН ОТСЮДА!
Оставалось только пискнуть напоследок положенное:
- Готова служить! – да выметываться наружу. Благо спасительный «борт» как раз дотолкал ее к одному из «служебных» туннелей и надежно заткнул его за спиной. Впрочем, в туннель, по которому в камеру приходили Рабочие, Матка не пролезет при всем желании…
Ей правда это делать и не надо, достаточно приказать, и Воины притащат назад нужное. Целиком, или только голову. Но такие оптимистичные мысли пришли в голову только через пару десятков милициклов.
За спиной раздалось:
- Дорогой, я, кажется, начинаю ревновать. И что ты нашел в этой худышке?
- Милая, ну что ты, просто это моя обязанность заботиться о…
Остальную часть семейного воркования антенны не уловили, потому как все шесть лап уносили остальное подальше на максимальной скорости. Только развилки мелькали - надо было успеть на уходящий на дальний пост связи челнок.
Принимая во внимание, что даже «благодарность Улья за успехи» стоила немалых нервов, просто страшно было представить – как может быть выражено его неудовольствие.
Например, тем, что молодой специалист не прибыл вовремя туда, куда послали.
***
«Куда послали», оправдало самые худшие ожидания. Улей и так находился не в самом лучшем месте для жизни, в системе двойной звезды, где две противоположности – звезда и черная дыра крутились в извечном конфликте, порождая потоки материи и поглощая их. Окружающее весьма плотное облако межзвездного вещества принимало активное участие в этом хороводе созидания/разрушения, обильно делясь с участниками собственным телом.
Чудовищные магнитные и гравитационные поля этого места, вкупе с непредсказуемыми всплесками излучения, создавали в окружающем пространстве и на поверхности многочисленных обломков кружащихся вокруг этой парочки уникальный природный завод.
Здесь образовывались, а потом и разрабатывались, уникальные элементы и соединения. Причем – килограммами и тоннами, тогда как в других местах само их существование было под вопросом или добыча исчислялась граммами в самый удачный год.