Тут, наконец, зашевелилось почти издохшее честолюбие Исследователя, и он принялся за формулирования темы будущей работы уже основательно. Больше всего казались привлекательными статусные моменты в самозарождающихся сетевых иерархиях, а также формы проявления и сублимации агрессии в сетевом пространстве.
Что вполне закономерно привело его в качестве «рядового» на основные сетевые ресурсы, как раз исключительно этими вопросами и занимающиеся - игровые сервера, как их называли все остальные.
Скрыть собственную сущность там оказалось совсем не сложно – большинство посетителей тоже носили маски прикидываясь кем (и чем) угодно, кроме того, кем были на самом деле. Так что еще одна «ярко выраженная индивидуальность» почему-то прикидывающаяся «фермиком» большую часть времени, то есть – самим собой, никого особо не удивила. Исследователь решил не переусложнять легенду, боясь привлечь внимание, и оказался прав - никаких подозрений в отношении него не возникло.
Было опасение, что не удастся найти нужную аппаратуру, все же «фермики» имели репутацию крепко стоящих на земле существ, не сильно жалующих всякую «виртуальность», и никаких спецкостюмов для них в силу этого представления не выпускали. Но тут выручили научники одного из Ульев, банально изготовив нужное под заказ, да еще и активно поучаствовали в доводке столь интересной аппаратуры. Как оказалось, им очень нужны были экспериментальные данные – у них имелся заказ на разработку сопряжения с кораблями Идалту. В текущий большой цикл (*эра) Ульи активно внедряли у себя машинные технологии. На многих направлениях они позволяли получить быстрый старт.
А в это время молодая восходящая звезда, получив возможность общаться с прочими расами на равных и изучать становление авторитета так сказать изнутри, начала взбираться все выше на научный небосклон. По мере накопления опыта взаимодействия и работы в группе с существами других видов, рос и ее авторитет в научном мире. Новые работы сразу после выхода разрывались в клочья, сильно критиковались за поверхностность и малую глубину проработки вопроса, и заодно становились основой для сотен и тысяч частных ксенопсихологических исследований.
Удивительно, но ее начали активно переводить и использовать психологи других видов, видимо «взгляд из подвала» оказался удачным поводом пересмотреть некоторые устаревшие моменты. В то же время ее вторая личина оказалась в роли пусть и неформального, но лидера. Это было неожиданно, поскольку к этой цели совсем не стремилась, но видимо серьезность и некоторые другие черты её характера импонировали другим. Это стало удачным решением – с позиции лидера можно было уже не только наблюдать за чужой игрой, но и ставить собственные эксперименты.
«Экспериментальная ксенопсихология малых групп» - стала увлечением на всю жизнь. И, кстати, работы по этой теме выходили уже под псевдонимом – удалось поступить и закончить экстерном один из Сетевых университетов, получив второй диплом. При том, не раскрывая собственной видовой принадлежности.
Работы ее работы, включая дипломную, были дружно признаны тем научным сообществом «бесчеловечными», и тоже породили вал новых исследований. А уж когда ее начали опять переводить, но уже на родной язык, и сравнивать опять же с нею… Стало и вовсе непонятно как к этому относиться.
Тем временем на фронте индивидуальности назревали серьезные проблемы - давали себя знать средние циклы, проведенные в отрыве от Улья, которые, к тому времени, успели сложиться в просто «циклы»...
Во-первых, постоянное стимулирование сферы деятельности связанной с агрессией привело к становлению и самоидентификации новой псевдоличности – Солдата. И он довольно наложил сильный отпечаток на тело. До интегрированных оружейных систем дело не дошло, агрессия все же была «виртуальная», но прибывающие на пост связи посетители начали вести себя несколько скованно. Все старались держаться вне досягаемости развитых боевых конечностей.
Во-вторых, длительное пребывание в изоляции от рода и интенсивное изучение существ иной психологии норовило размыть некоторые моральные установки. Во всяком случае, определенные культурные ценности других рас перестали отторгаться как нечто чуждое. Арбитр начал проявлять обеспокоенность – дальнейшее развитие этой тенденции грозило потерей расовой самоидентификации.