Разбудило чужое присутствие в комнате. Я разлепила веки и перевернулась на другой бок, диван протяжно скрипнул парой старых пружин. Сквозь задернутые шторы пробивался фонарный холодный свет, освещая фигуру сидящего напротив в кресле мужчины. Незнакомый, на первый взгляд, но не отталкивающий. На человеческий вид я могла бы дать ему около двадцати восьми-тридцати, хорошо сложен и аккуратно одет. Без запаха.
Сколько он здесь находился до моего пробуждения? Мужчина не говорил ни слова. Я тоже решила промолчать. Из интереса. А еще из странного ощущения, что сон плавно перетек в реальность, и долгожданная встреча все-таки состоялась. Изредка мы смаргивали, но не изменили и положения рук. Прошел час или два, за окном начало светать, дом потихоньку наполнялся звуками. Утомившись, я закрыла глаза, а когда открыла — кресло пустовало, на потолке отражался солнечный прямоугольник из середины дня. Мной овладело густое оцепенение.
-У меня нет и минуты, - быстро сообщила Римма, когда я зашла в ее спальню. - Давай скорее, что ты хотела?
-Я сегодня ночью видела мужчину, - спутано начала я, слабо себе представляя, как логичнее обосновать вспыхнувший интерес, но поведение Риммы оказалось еще более странным. Подруга медленно сомкнула веки и болезненно зажмурилась, как от некстати нагрянувшей головной боли, иглой, проткнувшей висок. Я приблизилась к рабочему столу и внимательно присмотрелась к девушке, приступ боли будто отступил, оставив напоследок раздражение на красивом лице. Я продолжила, никак не проассоциировав эмоции Риммы с высказанным любопытством. -Он без стука вошел в мою комнату и смотрел, как я спала. Брюнет, с вьющимися волосами, худощав, но плечи широкие. И на нем были серые брюки с жилеткой. Не знаешь, кто это?
-Тут полно мужчин, я же говорила - съезд.
Голос Риммы дрогнул. Я услышала. Она заметила мой настороженный взгляд, и снова как-то болезненно ухмыльнулась. Последовала неловкая пауза.
-Этот мужчина не про тебя, девочка, - резко выпалила она и снова вернулась к стопке бумаг, которые перебирала до моего появления. -Живи своей жизнью, крути шашни со светлыми тенями, смертными мальчиками, словом, развлекайся, как ты умеешь.
Впервые Римма позволила себе пренебрежение в тоне, впервые я слышала в нем осуждение и… ревность. Неужели, я ступила на ее территорию? Как-то это глупо, что ли.
-Ты злишься на меня за что-то? Это он пришел в мою комнату, а не я — в его, - зачем-то взялась оправдываться я. -Почему ты так со мной разговариваешь?
Римма оставила в покое документы, выдохнула и пристально посмотрела в мои глаза.
-Саша, я работаю, у меня дел по горло. Давай вечером поговорим? Я зайду.
-Заходи, - согласилась я и нарочито медленно закрыла дверь с обратной стороны, в каждой секунде демонстрируя оскорбленную добродетель.
Вечером Римма выглядела расслабленнее. С неизменной трубкой в окольцованных руках, в красном платье с разрезом до середины бедра. Она опустилась в то самое кресло, где ночью сидел незнакомец, закинула ногу на ногу - бежевая лодочка соскользнула с пятки и зависла на кончиках пальцев — и откинула идеально уложенную огненную волну за спину. После нашего разговора она собиралась в джазовое кафе.
Передо мной сидела привычная Римма, уверенная себе, довольно надменная в силу возраста и положения в обществе, но готовая к диалогу. Смотря на нее, мне казалось, что утром я сама перегнула палку. Не могла же она, наша королева холода и уравновешенности, перейти установленную черту и вспылить. Верно. Скорее всего, я была немного на взводе после необычной встречи и восприняла разговор на свой счет.
На вопрос: «Так кто он?», Римма ответила без ярких эмоций, чем окончательно убедила меня в чрезмерной чувствительности.
-Его зовут Виктор, - она сделал ударение в имени на последний слог. -Он приезжает сюда раз или два в десять лет.
-Я его совсем не помню среди твоих постояльцев. Когда ты его нашла?
-Нет, здесь совсем другая история. Это он нашел меня, - Римма, по обыкновению, вдохнула дым, делая значительную паузу. -Давно. Я была такой же, как ты, как и другие тени. Оказавшись в незнакомом месте и не помня себя, я блуждала по городам. Меня кидало в стороны вместе с движением войны. Это случилось незадолго до завершения Первой мировой, мне едва исполнилось двадцать восемь. Вик увез меня сюда, в Москву, обещал все устроить. Нашел дом на окраине, оставил меня обживаться, а сам отправился искать других теней. Всех, кого находил, он приводил к нам, учил не убивать и отправлял обратно на улицу. Деревянный дом — это не наша коммуналка, туда многих не приведешь, понимаешь? Со временем мы сменили несколько жилищ, в итоге обосновались здесь. Виктор все так же уезжает и ищет подобных нам, а я присматриваю за квартирантами в Москве. Так что, главный здесь он.