Я пролежала без сна до самого рассвета, постоянно прислушивалась к шагам в длинном коридоре. Ни одни из них не привели гостя к моей двери.
Проснувшись к середине дня, я сквозь закрытые окна почувствовала хмурость неба. В такие дни ради еды приходилось идти в кафе или рестораны, прячущиеся от дождя люди подолгу засиживались в уютных заведениях. Иногда в них мест для одиночки не находилось, и я стояла в предбаннике, будто пережидая дождь, а сама тянула носом воздух, насыщалась. Утолив голод, я могла выпрыгнуть прямо под дождь. Иногда это доставляло мне радость.
На улице я увидела Виктора. Ровно напротив высокой парадной двери, перед рядком припаркованными автомобилями - в крохотном закрытом дворе их умещалось немного, всего пять штук. Я хотела кивнуть и проскользнуть к решетке. Разговор с ним с глазу на глаз представлялся невозможным, совсем лишним.
-Саша, здравствуй, - сказал он и сделал шаг навстречу.
Я остановилась и с усилием подняла голову, готовая посмотреть в пустые глаза, конечно же, пепельного цвета. Я не могла ошибиться с цветом, но пустыми их назвать бы не смогла. Тонна безысходности придавила плечи. Что я со своей болью и стенаниями в сравнении с открывшейся пропастью. Всепоглощающая туманная бездна, затягивающая в страшный водоворот отчаяния, смотрела на меня и протягивала руку.
-Меня зовут Виктор.
-Знаю, - я опасливо посмотрела на зависшую в воздухе ладонь. Сотни раз мне протягивали в приветствии руку, и я без раздумий бралась за нее, встряхивала, а сейчас не могла себя заставить дотронуться до него.
-Знаешь? - Озадаченно переспросил он.
-Вы друг Риммы. - Я слегка замялась, прикидывая, что могу сказать, чтобы не вызвать подозрений. -Она немного рассказывала о вас.
-Вот как, понятно, - мужчина медленно опустил ладонь, догадавшись, что пожимать ее никто не собирается. -Я опоздал с первым впечатлением.
-Нет, не переживайте. Она не говорила ничего плохого.
-И, тем не менее, ты опасаешься меня.
-Из уважения, - я учтиво склонила голову. -Вы гораздо старше меня.
Губы мужчины дрогнули в усмешке, взгляд потеплел.
-Саша. Могу я пригласить тебя на прогулку? Нам есть, о чем поговорить.
-Хм, - я оглянулась на дверь. Узнает ли Римма? Расстроит ли ее это? -Хорошо.
О разумности отказа я подумала гораздо позже, после того как плюнула на правила вроде тех, что связывают с приличиями или хорошим тоном, и поддалась влечению. Вторым в списке на удовлетворение значилось банальное любопытство, которое только и делало, что росло во время неспешного променада вдоль набережной. Мы приехали в северный округ на попутке. До сих пор я не бывала в этой части Москвы, обилие зелени и воды радовало глаз. Виктор сказал, что в верхнем парке имеются аттракционы, поэтому мы направились в противоположную сторону, не желая присоединяться к толпе.
Мы говорили о путешествиях, о парке — о чем угодно, но не о важном. Не о том, ради чего стоило бы ехать через половину города и уж точно не о том, зачем древней тени понадобилось мое общество. Я терпеливо поддерживала предлагаемые темы и отмечала жадные взгляды Виктора. Он ловил каждое мое слово, расспрашивал о жизни, и у меня просто не хватало духу напомнить о цели нашей встречи. Я долго собиралась с мыслями, чтобы в итоге оборвать очередной уточняющий вопрос, и неловко поинтересоваться:
-Так, о чем вы хотели поговорить?
Вопреки привычному поведению, на сей раз я не могла похвастаться храбростью, она вся съежилась под впечатлением, производимым высокой фигурой. Мне редко доводилось чувствовать себя добычей, и я плохо понимала, как выбираться из захвата удава. Попытка вернуть контроль над ситуацией прозвучала неубедительно, поэтому ответу удивляться не пришлось, Виктор всего лишь продолжил выбранную тактику харизматичного дирижера, умело вынуждая играть по его нотам.
-Об этом, - мужчина решительно кивнул, подтверждая, что все рассказанное являлось нужной информацией. Видя, как я хмурюсь, добавил: -О тебе. Хотел узнать о тебе.
-Все это было ради этого? Вы для этого приходили ночью?
-Да, конечно.
-Я, если честно, не понимаю, что происходит. Я чего-то не знаю?
-Вернее будет сказать, «не помнишь», - легко поправил Виктор ошибку.
Я остановилась. Мужчина, заметив заминку, встал напротив.
-Ты почти не изменилась, - тонкие пальцы совершенно свойским жестом подцепили прядь моих волос, лежащих на груди, и пропустили меж собой. -Но совсем не помнишь прошлого.
-Мы были знакомы? -Ошарашенно уточнила я, еще не понимая, к чему он клонит.
-Были, - подтвердил он одновременно с раздавшимся полифоническим звонком, на его рингтоне стоял Вивальди. -Извини, надо ответить.