Мы втроем: психолог Ирина, Оксана и я сели за круглый пластиковый стол переговоров. Оксана извлекла из рабочего яркого, под стать ей, платиновой блондинке, малинового портфеля, толстую тетрадь, сама раскрыла ее и перевернула в мою сторону. Записи велись от имени двадцатилетней Татьяны, студентки МГУ. Ее история не начиналась с зимы и поиска чуда, со своим мужчиной она познакомилась в Университете и поначалу история напоминала прекрасную мечту девочки, выросшей на сказках о принцах. В глаза сразу же бросилась аналогичная восторженная манера изложения, но по первости я это опустила, запретив себе оценивать дневник предвзято. Описание отношений с сокурсниками не требовали изучения, и я безжалостно отбрасывала от истории лишнее, выискивая каркас. Когда нашла, вросла в стул, все внутри окаменело и отяжелело, под замершим сердцем разлился жгучий жар. Девушки заметили перемену и тут же отреагировали.
-Ну, что? – Снова спросила Оксана.
-Хочешь сделаем перерыв? – Озаботилась психолог.
-Еще немного. Подождите, - я отрицательно качнула головой и продолжила чтение.
Углубляться в изучение чужой жизни не имело смысла, беглого осмотра вполне хватило, чтобы извлечь важное. Они не тратили много времени на перипетии жизни. Все двигалось и развивалось по стандартному плану: прогулки в парке, смерть близких, бал с жертвоприношением. Они даже не мудрили с именами. Оставили свои – Римма и Виктор.
Уж от глупости ли, от высокомерия ли, однако ни на секунду я, не допустила мысли, что меня обманывают, что со мной ведут подлую игру. Ни разу не задумалась, почему последнее прижизненное воспоминание о жажде к жизни не вязалось с безысходной дневниковой записью «Я больше не могу». А не вязались они по простой, объяснимой причине: Римма о воспоминании не знала, в отличие от сотни раз обсужденных зимних сновидений. Я так хотела узнать что-то о прошлом, что без сомнений уцепилась за подкинутую ложь, приняв ее за чистую монету. Я корила себя за невероятную доверчивость. И пусть в расставленные силки тень без прошлого все-таки не попалась, но поверила и приняла его безоговорочно, потому что наличие Риммы доказывало его состоятельность.
Я снова стояла в колодце дворов на осколках своей любви к Римме как тогда, когда впервые ощутила удушающее разочарование. В эту секунду мне казалось, что тень подруги пляшет на этих осколках, поднимает их, швыряет в меня и смеется. Когда танец закончился, из тьмы по хрустящему настилу в колодец шагнул мужчина с безумными глазами и с чеширской улыбкой произнес: «Я обожаю игры».
-Я не понимаю, - нервный смешок вырвался, когда я наткнулась на очередную копию записи с Татьяной, раскачиваемой Виктором на качелях в заброшенном саду. -Вы же тут, в Петербурге. Римма и Виктор живут в Москве.
-Да, я тоже живу в Москве, - сказала Оксана, понимая мои сомнения. -Сюда я приехала в командировку. Я бы пошла в Фонд в Москве, но детектив позвонил мне именно во время командировки. А я предпочитаю решать проблемы сразу, - важно закончила она, чтобы никто не усомнился в серьезности ее натуры.
В хвастовстве мне послышался упрек. Я брезгливо отодвинула тетрадь.
-Расскажите, что нашел ваш детектив, - подтолкнула Ира девушку, тем самым заполнив возникшее затишье.
-Никаких зафиксированных нарушений, к сожалению, - досадливо поджала губы Оксана. -Он владелец центра помощи для теней.
-Виктор? – Тупо переспросила я.
-Да, конечно, - кивнула девушка. -В его центре содержатся неизлечимые случаи. Все пациенты – это тени с наркозависимостью, неспособные к самостоятельной жизни. И вроде как, тут он выглядит положительным героем, за свой счет поддерживает в них жизнь, не бросает и на «Возрождение» несколько раз приводил пациентов, да вот только в пациентах в основном молоденькие женщины, поступающие туда раз в десять-пятнадцать лет. Настораживает, не так ли?
-Да, но действительно этого мало для доказательства вины.
-То уже не наша забота. От нас сейчас требуется одно - командная работа. Соберем дело, передадим Фонду. Я не хочу оставлять это так, они заслуживают наказания, - решительно завила Оксана, серые глаза метали молнии.
«Какая страстная натура», - подумала я. Римма и Виктор сильно ошиблись с последней жертвой. Вот кто их потопит.
-Как вы познакомились? – Поинтересовалась я. -Вы знакомы с обоими?
-Это интересная история, - развеселилась Оксана. -Пару недель назад, когда я сидела в сквере у дома, ко мне подошла молодая женщина и начала говорить, что ей до боли знакомо мое лицо. Рассказала о своей человеческой подруге, как две капли воды, походящую на меня, смотрела с ностальгической нежностью и очень ласково отзывалась о ней. Озвученные сроки примерно совпадали, и я замешкалась, растерялась, -девушка улыбнулась, инцидент ее не прекращал забавлять. -Конечно, я купилась. Мы обменялись телефонными номерами, созвонились, еще раз встретились. Во время нашей второй встречи я все еще находилась в смешанных чувствах. Как так? Прошлое? Мое? Рядом? Римма окрутила меня легко. Нет ничего проще, чем вить веревки из того, кто сам их подает. На следующую встречу она принесла дневниковые записи и предупредила, что двадцать лет назад наши пути разошлись из-за соперничества. Той же ночью я прочла тетрадь, и в меня закралось множество подозрений. Я обратилась к знакомому детективу, ранее он уже помогал мне с поиском информации о моей человеческой жизни, поэтому много ковырять не пришлось, он сразу наткнулся на противоречия. Так все и закрутилось. А Виктор, - вспомнила она о втором персонаже печальной парочки, -он позвонил однажды, просил связаться с ним, когда я все переварю и буду готова обсудить наши отношения. А у тебя какая история? Мы же можем на «ты»?