Пару секунд я прислушивалась к своим ощущениям, не отпуская удивительные, потемневшие от скудного подъездного освещения радужки. Кого я обманываю? Я с первого мгновения желала его запах, и у меня нет причин отказать себе в маленьком удовольствии.
-Весомый аргумент, - я посторонилась, пропуская юношу.
-Мы так и не познакомились, - заметил он, ловко снимая кроссовки и тут же направляясь прямиком к дальней двери спальни.
Минуя гостиную, он окинул скучающим взглядом угловой диван у окна, и продолжил идти к цели. Я чуть не рассмеялась в голос.
-Похоже, это не обязательно.
Мальчик явно собирался играть по своим правилам. Хороший ход был прийти сюда и взять на себя первое слово. Безусловно, я оценила и смелость, и напор — все это отличная попытка занять доминирующую роль. И если в текущей партии мне полагается побыть под личиной овцы, идущей в лапы волка, что ж, я не против. В конце концов, жизнь без экспериментов становится пресной. И этот запах...
-Не обязательно, - благосклонно подтвердил он. -Наши отношения ограничатся только сексом.
-Самонадеянно, - мои губы дрогнули в ухмылке.
-Я ошибся? - Мальчик расслабленно откинулся на матрасе и медленно огладил белые простыни.
Я завороженно наблюдала за движением рук. Сладкий аромат заполнил крохотную комнату мгновенно. Голова закружилась, горло перехватил голодный спазм. Сглатывая образовавшийся ком, я выдавила короткое:
-Нет.
От сдерживаемого желания отпить перед глазами поплыли темные пятна, и я упустила момент, когда юноша оказался рядом. Его теплые пальцы нежно коснулись ключиц, заскользили вверх по шее, лаской дотронулись до скул, заправили за уши волосы, тыльной стороной ладоней он водил по вискам, очерчивал губы, целовал. Теряя от дрожи в ногах равновесие, я ухватилась за его плечи и опрокинула на кровать.
-Отпей, - шепот звучал невообразимо далеко, и я наконец сделала спасительный глоток.
Это то, ради чего стоило жить.
Он приходил несколько раз в неделю. Всегда внезапно, без предупреждения. На разбег от порога до близости у нас уходило не больше минуты, зато потом, лежа где придется, мы разговаривали. Много, вдумчиво, хаотично. Обо всем и ни о чем. Как-то вечером я поймала себя на том, что жду его появления. Не ободряло и то, что юноша тоже балансировал на грани. Встречи становились все более искренними, секс — страстным, а диалоги - дольше. Он стал моей личной вспышкой в серости жизни, и это затягивало.
Но, так или иначе, наши отношения не могли продолжаться долго. В его вселенной мы оставались непримиримыми врагами, в моей — прекрасными любовниками без имен. И я бы, быть может, решилась разрушить разделяющую нас стену, если бы понимала зачем.
«Ради чего?» - спрашивала я себя, и не находила ни одного ответа. Я находила причины разрыва, а вот для обратного — ни-че-го. Мы совпадали только в одном плане, но на фееричной интимной жизни далеко не уедешь. Это было так противоестественно понятно, что даже не обсуждалось. Мы все больше увязали в теплом мареве обмана, трусливо оттягивая неизбежное, пока я не решилась уйти первой. Уйти, ха-ха. Уползти, поджав куцый овечий хвостик.
Я собрала вещи и отправилась к Римме.
-Не самый лучший способ разойтись, - выговорила она, когда выслушала очередную любовную драму. -Побег обычно используют слабые, я не думала, что это относится и к тебе.
-Я сама не думала, - с сожалением заключила я. – Я не нашла в себе сил сказать, что ухожу.
-Почему? – Резко спросила она. -Он тебе так нравится?
-Нравится, но что с того? Это не повод не замечать различий. А они буквально во всем. Я же не отчаявшийся синий чулок с тикающими часиками, чтобы в каждом встречном видеть свою судьбу.
-Судьбу, - хмыкнула Римма. -Странно слышать от тебя такое.
-Да так, к слову пришлось.
-Ладно, - свернула разговор подруга, бросая взгляд на наручные часы. -Время позднее. Ложись в последней комнате, у нас в этот раз аншлаг, много гостей проездом.
-Что-то намечается? - Полюбопытствовала я, поднимаясь со стула, больше для поддержания разговора. Миграция теней меня мало интересовала.
-Да, планируется один съезд, - отстранено ответила она и торопливо добавила: -Не забивай голову.
Чтобы занятая собственными переживаниями тень подумала о чем-то стороннем? Вряд ли. Куда больше меня занимал процесс воспоминаний о светлой тени, и я всецело ему отдавалась, пока не заснула. Сны в этот раз получились беспокойными, сумбурными. Иногда мозг выбрасывал меня посреди заснеженной улицы и торопливо гнал вперед, заставляя кого-то искать. Оказавшись в знакомом подсознанию месте, я понимала, что снова вынуждена бежать, ощущая нарастающую в груди тревогу от предвкушения желанной встречи. Я петляла по переулкам, ведомая неким зовом, надеясь за любым поворотом наткнуться на искомое. И каждый раз просыпалась опустошенная, так и не найдя того важного, чего ждала с невыразимым, жарким трепетом.