– Нет. Мы не знаем какая толщина у этих стенок, можем прыгнуть куда-нибудь не туда. Или вообще застрять прямо в этой стене.
Затем я решил потрогать саму поверхность. При касании, в моём интерфейсе красными символами загорелись два непонятных угловатых символов, мне показалось, что каждый такой символ – это целое слово, будто древние иероглифы. Как только я об этом подумал, надпись сменилась фразой:
Неферу эм кхет.
Хм. “В доступе отказано”, значит.
Фраза была явно на древнем языке тауи. Но что это за иероглифы, которые появились сначала?
– Джек, – привлёк моё внимание Мило, – здесь, этом месте, есть воздух. И судя по анализу, обычный воздух, пригодный для дыхания человека или тауи.
– Что? Как такое возможно? – вслух сказал я.
– Что случилось? – встревожилась Ани.
– Мило говорит, что здесь, на дне этого колодца, есть воздух, пригодный для дыхания, – сказал я, а в это время дезактивировал шлем и перчатки Хут-Гау.
– Что ты делаешь? – забеспокоилась Ани, – Ты же ум…
Но я стоял и спокойно дышал, всё было хорошо. Тогда Ани повторила за мной, дезактивировав свои шлем и перчатки.
Я подошёл ещё раз к стенке неизвестного корабля и снова потрогал её, но теперь уже голой рукой. Я почувствовал тепло, исходящее от обшивки корабля. “Действительно, шершавая,” – проскочила мысль в моей голове.
И опять эти странные иероглифы, но теперь их было три. Первый мне показался точь-в-точь таким же, что и был до этого. А вот второй и третий… Я не успел их по-хорошему рассмотреть, иероглифы быстро сменились красной фразой.
Неферу хотеп сенсу.
“Не хватает доступа”? Что? Какого ещё доступа не хватает?
– Мило, это ты переводишь мне эти иероглифы, которые я вижу?
– Не понимаю о чём ты, Джек. Я не вижу никаких иероглифов или надписей.
Интересно. А что если…?
– Ани, прикоснись, пожалуйста вместе со мной.
Ани приложила ладонь к серой шершавой обшивке корабля и тут и у меня, и у Ани перед глазами сразу без иероглифов появилась зелёная надпись:
Неферу сену кадж.
“Доступ хороший быть”? Разрешён, значит?
Серая шершавая стена пошла волнами и разошлась в стороны, открывая нам путь. Перед нами предстал коридор, рядом с нами в радиусе метров пяти было мягкое свечение стен, потолка и пола. Свет не слепил, но было видно куда идти. Ани почему-то взяла меня за руку и мы пошли по коридору.
Не знаю, сколько мы шли. Мне показалось, что путь длился целую вечность. Но мы добрались до зала, очень похожего на рубку управления корабля.
– У меня есть непреодолимое чувство начать говорить с кораблём как с нашим Скхаджи, – сказал я.
– Как и у меня, – улыбнувшись, ответила Ани.
– Включить свет, – громко и отчётливо сказал я.
– Ничего…
– Эм-м-м… Сэтиви шэди, – также громко произнёс я и тут же начали зажигаться огни по всей рубке. – Не зря Лиза нас учила языку тауи.
– Значит, скорее всего, этот корабль не принадлежит Накху или Снебу.
– Похоже на то. Хеф ируибу рестауахау.
– Джек? Джек? – раздался у меня в голове голос Сэма. – Что случилось? Объект остановился и не двигается!
– Спускайтесь вниз, здесь безопасно, и… вызовите наших дорогих друзей тауи, им здесь понравится, – ответил я Сэму, а сам начал изучение рубки управления корабля.
Пока ребята спускались сюда, я задумался о том, что мне изначально транслировались сообщения на какой-то древней версии письменности языка тауи. Пытался воспроизвести их у себя в памяти, но кроме угловатости ничего не смог вспомнить.
Пока был в задумчивости, я не заметил как тауи уже разворачивали какое-то оборудование в зале, в котором мы находились.
Я наблюдал за их действиями, а в мои мысли будто кто-то пытался достучаться. Как вдруг, сам того не ожидая…
– Хочу этот шарик себе в команду! – безапелляционно заявил я.
– Это не… кхм.. “шарик”. Это Сат-Эру – защитник корабля, – возразил мне Неб-Пер.
– Пусть Сат-Эру, хочу его в команду.
– Сейчас он привязан к кораблю, есть ли возможность сменить его принадлежность, мы пока не знаем.
– Я чувствую, у нас это получится сделать, – закончил я этот разговор.
Так за работой прошло уже больше часа. А тауи не спешили делиться своими выводами.
– Это корабль тауи? – спросила Лиза.
– Сложно сказать. Язык голосовых команд – это язык тауи, но вот надписи на панели управления представляют иероглифическое написание, то есть один символ означает целое слово или даже предложение. Я не историк, может это и есть древний язык тауи, на Хенет уже очень давно перешли к буквам при написании слов. Тер, мой аат-нубу, говорит, что это выполнимая задача, если подключить этот корабль к Скхаджи.