Ша ат-ра? Дословно это можно перевести на язык людей как “имя отца” или “отчество”. Кхерды отделяют себя от Усэр-Хема? А ещё… Он считает нас самими Кемет? Не потомками? Интересно.
– Почему ты нас просто не уничтожил, а пошёл на абордаж?
– Был рад с тобой повидаться снова, Джек.
Затем он отвернул от меня своё лицо, устремив свой взгляд куда-то вдаль, его отвратительный оскал всё ещё продолжал искажать лицо, но потихоньку и он начал угасать.
– Почему ты нас просто не уничтожил, а пошёл на абордаж? – повторил я вопрос.
– …
– Чего ты хочешь?
– …
– Зачем ты делаешь всё это? – задал я последний вопрос, уже не ожидая от него ответа.
– …
Больше он не отвечал ни на один вопрос, продолжая сидеть с пустым взглядом.
– У него исчезли все признаки жизни, Джек, – сообщила Маат.
Я лишь вздохнул, затем встал и вышел из допросной комнаты.
– Необходимо исследовать его тело, но сделать это необходимо очень аккуратно, вдруг Усэр-Хем захочет снова вернуться в него. Затем, уничтожить тело и избавиться от останков.
– Сделаем, Джек, – ответил мне Сэм.
– Как там остальные вражеские корабли? Всё так же нас преследуют?
– Пока ты был в допросной, за нами по пятам следовал ещё с десяток кораблей кхердов. Но как только этот Кевин перестал подавать признаки жизни, все корабли от нас отстали. Кроме одного, он продолжает своё преследование и находит нас везде в этой звёздной системе.
– Маат, прыгай к следующей точке маршрута, – решил я. – Сколько займёт времени прыжок?
– Одиннадцать часов, Джек. Начинаю подготовку к прыжку.
– Мне срочно необходимо поесть, – сказал я, – чувствую себя очень голодным. Сэм, для исследования привлеки тауи, их специализация, думаю, поможет разобраться.
Сэм кивнул и начал выполнять, порученное ему задание. Мне показалось, что он как-то очень серьёзно стал относиться ко всему происходящему.
Глава 11. Погоня/Хунет
– Поэтому я считаю, что моё видение было правдой, и в смерти наших родителей виноват именно Усэр-Хем и его прислужники, – завершил я свой рассказ о моём странном сне в медицинской капсуле, сидя в столовой в окружении остальных членов команды и доедая свой ужин.
– Но как этот Кевин тебя узнал? – задал закономерный вопрос Сэм.
– Во-первых, как мне кажется, самого пленника звали не Кевин. Кевином был тот, кто захватил управление корабля Непокорного, на котором находились мои родители. Во-вторых, он специально так назвался, давая понять, что видел меня тогда и помнит обо мне. Но вот как и почему это произошло, я даже предположить не могу.
– Мне кажется, – начала Хон-То, – дело именно в твоём Озарении. Прочитай, пожалуйста, ещё раз его описание для нас, Джек.
– Вполне возможно, его описание полностью открылось, хотя уровень до сих пор скрыт. Озарение – показывает вероятное будущее или прошлое, исходя из текущей ситуации и имеющейся информации, допустимо вмешательство в реальность.
– Вот оно! – зацепилась за последнее предложение Хон-То. – Допустимо вмешательство в реальность. Вероятно, ты в определённых пределах можешь влиять на ход действий внутри Озарения.
– Если я в Озарении вижу будущее, то понятно, что по возвращении я смогу на него повлиять, – начал я свои рассуждения. – Но как я могу влиять внутри самого Озарения на уже произошедшее прошлое?
– А как вообще работает твоё Озарение? – задала встречный вопрос Хон-То. Но не став ждать ответа, продолжила. – Вот, вот. Вы когда-нибудь задумывались, откуда у вас ваши способности? От аат-нубу? Или наниты, введённые в наши организмы?
– А разве нет? – удивился Сэм.
– Аат-нубу контролируют ваше общее развитие, а наниты используются как инструмент для достижения определённого результата, – продолжала объяснять Хон-То.
– Мило, это так? – решил я уточнить у своего помощника.
– Да, Джек, – ответил только мне аат-нубу.
– То есть, – я решил сделать вывод самостоятельно, – мы пользуемся способностями, которые непонятно кто нам дал и как работают?
Хон-то кивком подтвердила мой вывод, а Сэм встал и сказал:
– Мне всё равно, как и что там работает. Главное, что оно работает. А самое главное, чтобы оно продолжало работать.
Все находящиеся в столовой кивнули, соглашаясь со словами Сэма. Мы настолько привыкли к своим способностям, что даже не задумывались о том, что они могут однажды исчезнуть.