– Как на самом деле всё обстоит? – задала она обеспокоенный вопрос, как только створки дверей закрылись за последним выходящим из рубки.
– Да всё…
– Я же чувствую твоё волнение, – перебила она меня. – Не забывай, наше слияние тогда произошло не бесследно. Мне кажется, я чувствую твои эмоции, особенно, когда нахожусь в непосредственной близости рядом с тобой.
Я кивнул, решив снова довериться ей. К тому же, если не ей, то кому же ещё?
– У корабля кхердов очень интересный способ перемещения. К тому же, они как-то вычисляют вектор и расстояние нашего прыжка.
– Значит, нужно попробовать их уничтожить или как-то их обхитрить.
– Уничтожить их корабль, я думаю, мы всегда успеем. Но тогда по нашим следам придёт следующий. Ты права, надо как-то их обхитрить. Есть идеи?
Ани ненадолго задумалась.
– Я правильно поняла, что они нас не видят, когда прибывают в звёздную систему?
– Да, именно так. Очень похоже на то, что они нас обнаруживают только после того, как запускают свой сканирующий импульс.
– Интересно… Так, сейчас, – Ани замолчала, а потом продолжила с помощью мыслесвязи. – Ламия? Амир? Возможно ли обнаружить как-то извне работу джадхиби?
Ответа от шалхинцев, лучших инженеров по джадхиби, двигателю, использующего для перемещения малые чёрные дыры, долго ждать не пришлось.
– Если знать длину волны излучения двигателя, то теоретически это возможно, – ответила Ламия.
– Но невозможно практически, – дополнил её ответ Амир. – Если изначально не знать эту длину волны, то…
– Давай без технических подробностей, – попросил я его.
– Хорошо. Это возможно только в том случае, если с точностью до девятого знака после запятой знать длину волны…
– А если перевести в нашу, человеческую систему счисления? – задал ему вопрос я.
– Самое близкое и подходящее для такого измерения у вашей системе счисления – это нанометры. Тогда, – он замолчал, что-то высчитывал у себя в уме, – тогда для обнаружения требуется знать до шести знаков после запятой у нанометров в вашей системе счисления.
Мы крепко задумались над тем, что нам сообщили шалхинцы. Получается, что это действительно невозможно. Хотя…
– Как вы изобрели этот двигатель? – догадался я спросить у шалхинцев.
– Зря вы это спросили, – хихикнула Ламия. – Сейчас будет полуторачасовая лекция о создании джадхиби.
– Ничего не полуторачасовая, – с обидой ответил ей Амир. – Если не вдаваться в подробности…
– Да, такие подробности сейчас ни к чему! – снова перебив его, хихикнула Ламия.
– Если не вдаваться в подробности, – повторил Амир, – то данный способ перемещения был открыт моим прадедом Амиром Наджар. Я говорю “открыт” именно потому, что он его не создавал в привычном понимании этого слова. Его команда работала по древним записям, доставшимся нам от Снебу…
Он не успел договорить, как Ани воскликнула вслух:
– Вот оно!
А затем снова продолжила по мыслесвязи:
– То есть джадхиби – это восстановленная технология древних Снебу?
– Именно так, – подтвердил Амир.
– А есть способ определить вектор и расстояние прыжка с помощью джадхиби? – не унималась Ани. Кажется, она нащупала нужную нить, которой можно было связать все эти факты воедино, и не хотела её упускать.
– Нет, для этого требуется знать конкретную точку пробоя пространства – место, откуда корабль уходит в подпространство.
– Но теоретически это возможно! – заявила Ламия. – Мы считаем это невозможным как раз потому, что мы сами не можем определить такую точку пространства.
– Спасибо, теперь всё ясно! – Ани поблагодарила Амира и Ламию и разорвала мыслесвязь между нами.
Для меня стало новостью то, что Амир – это правнук шалхинца, создавшего грави-двигатель. Хотя сам Амир уверяет, что его прадед не создавал, а лишь открыл джадхиби заново. Но как всё это объясняет то, что кхерды нас с лёгкостью обнаруживают даже при активной маскировке Странника?
– И что же тебе понятно, Ани? – спросил я у неё.
– Я думаю, дело как раз в том, что принцип работы джадхиби и такой способ перемещения очень хорошо знаком кхердам. Всё-таки со Снебу кхерды уже вели войну, хоть это было и очень давно.