Он посмотрел на нас, ожидая вопросов. Но ни у меня, ни у Ани пока что вопросов не было. Об обитаемом Марсе и наличии ещё одной планеты можно легко догадаться, сравнив нынешнюю Солнечную систему с той, в которой мы находились сейчас. Не услышав вопросов, Эверетт продолжил:
– Но мы не отчаялись, и, в итоге, мы научились скрывать свои эманации негативных эмоций и войны между собой почти сразу сошли на нет. Необходимо было только подкорректировать общественное сознание, что разумная жизнь бесценна, её надо оберегать всеми возможными способами.
Внезапно он грустно улыбнулся, будто вспоминая что-то хорошее, далёкое, ушедшее давным-давно.
– Даже если придётся начать новые войны? Но уже в галактическом масштабе? – спросил я, выводя мистера Брауна из задумчивости.
– Именно так, Джек. Вернёмся к сути нашего разговора. Родную Землю мы тогда на время забросили.
Эверетт Браун, древний Кемет, оказавшимся живым и неушедшим, как мы считали, продолжал свой рассказ так, будто ему тяжело вспоминать те давние времена.
– Когда мы отсекли свои эманации от Усэр-Хем, мы были уверены, что победили. Уже много позже мы узнали, что в галактике появилось ещё два разумных вида. А когда пришли к ним на помощь, то было уже поздно. Если с расой Накху ещё можно было работать, наставить их на путь, так как они не были такими уж воинственными сами по себе, то раса Снебу уже почти вся была заражена зёрнами Усэр-Хем.
Он внезапно замолчал, а перед нами появился из-под пола, так же как и кресла до этого, столик с напитками. Эверетт взял напиток, стоящий ближе к нему, предложил угоститься нам, стоящими перед нами напитками:
– Давайте будем разумными? Я снова активирую ваши костюмы, а вы просто выслушаете меня?
– Хорошо, – сказал без раздумий я. Эверетт перевёл взгляд на Ани.
– Ладно, – ответила она.
– Вот и здорово! – он щёлкнул пальцами, наши костюмы снова стали невесомыми, прожилки засветились, интерфейс проявился. И затем мистер Браун продолжил свой рассказ:
– Но мы устроили им перемирие, а затем и заключили мир. Каждому устанавливали Хэтэп сенвэт. Это…
– Предыдущая версия аат-нубу.
– Да, так и есть. Времени не было протестировать систему в полном объёме. Оказалось, что в ней было множество лазеек для внедрения вредоносных закладок. В том числе зёрен Усэр-Хем. Заражённые ничем себя не проявляли, почти сотню лет всё шло замечательно, все три расы развивались в созидательном ключе. Пока однажды, как мы потом поняли, не пришёл некий сигнал со стороны Усэр-Хем всем своим кхердам, которые к тому времени заняли очень много высокопоставленных постов. Не надо думать, что кхердами стали только выходцы Снебу. Некоторые Накху тоже подались заражению, даже Кемет эта зараза не обошла стороной.
Он внезапно замолчал, а в его глазах отразилась вселенская тоска.
– Тогда я потерял много своих товарищей. Товарищей из всех рас, не только Кемет.
Казалось, боль утраты, несмотря на столько прошедших тысячелетий, всё ещё была с ним.
– Мы, Кемет, проделали просто невероятную работу. Мы создали объединение Уабет, чтобы противостоять кхердам. В это же время один из кораблей был направлен на нашу родину – Землю. Началась следующая фаза нашего противостояния. По пути корабль встретил сопротивление со стороны кхердов и был повреждён. Но это меркнет по сравнению с тем, что мы обнаружили, когда всё же прибыли в Солнечную систему. По прибытии Меду-Нефер к Земле, мы ужаснулись от того, что там происходило. Наши потомки растеряли все наши достижения в науке, медицине и технологиях. Библиотека знаний, вместе с управляющим ИИ Вавилон, была уничтожена. Люди, а именно так стали себя называть Кемет, потеряв все накопленные веками знания, скинули себя с верхней ступени развития в первобытность. Жизнь местного населения теперь была настолько коротка, настолько мимолётной, что они перестали цепляться за жизнь. Погибали ради целей, которые сами не понимали. Жили одним днём, потому что знали, в любой момент их жизнь оборвётся из-за несчастного случая, из-за болезни или из-за чего-нибудь ещё.