Глава 2. Передышка/Отэх
Я стоял и продолжал смотреть в экран на собеседника, пытаясь сообразить что сейчас произошло. Мило, есть предположения?
Да, Джек. Сработала способность Диалектика. +80% к убеждению собеседника – это сильный мотиватор. К твоим словам теперь будут прислушиваться даже те разумные создания, которые видят тебя впервые.
– Прошу простить моё… невежество, – сказало лицо с экрана, – У меня и в мыслях не было нарушить Хэтэп сенвэт.
Я видел страх в его глазах. Спустя столько тысяч лет, они всё ещё боятся и уважают Кемет?
– Что с твоим голосом? – спросила меня Ани через аат-нубу. – Он внезапно зазвучал таким непередаваемым тембром, будто вибрировал и отдавался у меня прямо в голове. Захотелось просто подчиниться…
– Потом, Ани, – ответил я ей также мысленно, а лицу на экране сказал другое:
– Вы не сделали ничего непоправимого. Вы упомянули, что являетесь потомками Снебу. Как же вы сейчас себя называете?
– Мы гордый и справедливый народ шалхин! – сказало чёрное лицо, приподняв подбородок. Шалхинцы, стоявшие на заднем фоне, приосанились и тоже приподняли свои подбородки.
– Предлагаю представиться друг другу, – я дождался кивка со стороны собеседника, – Меня зовут Джек, рядом со мной Ани, а это, – я указал рукой в сторону своих друзей, – Сэм и Лиза.
Тауи стояли поодаль и не попадали в объектив камеры, а я решил, что сейчас не время раскрывать все карты.
– Меня зовут Таир, я капитан этого корабля. Остальные имена осмелюсь не называть, они всё равно вам ничего не дадут, – вежливо склонил свою голову он.
– Почему вы проявили агрессию по отношению к неизвестному кораблю?
– Мы думали, – шалхинец запнулся, опустив взгляд – что это корабль Кхерда.
– Кхерда?
– Мы шалхины ведём очень долгую и нескончаемую войну с Кхердом… – печально начал Таир. – Смею надеяться, что Кемет помогут нам в этой борьбе.
– Полноправные представители Кемет, – автоматически поправил я его. – Для принятия такого важного, ключевого и даже переломного решения мне необходима аудиенция с вашими правителями.
– Но если вы не Кемет, тогда…
Шалхинец задумался, отключил звук и начал с кем-то за пределами нашего экрана совещаться. Затем кому-то кивнул, повернулся снова в нашу сторону и сказал:
– Я понял. Значит, нам необходимо согласовать аудиенцию с нашими правителями. Как долго вы ещё будете находиться в этой звёздной системе?
– Ещё день, максимум два. Затем мы улетим дальше. Пусть ИИ кораблей свяжутся друг с другом для синхронизации обратного отсчёта.
– ИИ? Ваш корабль имеет искусственный интеллект? – удивился шалхинец и продолжил практически шёпотом, – Вы точно представитель Кемет. – Он снова отвлёкся, повернувшись в сторону. – Ваш ИИ установил таймер на нашем корабле. Да, этого времени будет достаточно*, – кивнул головой шалхинец. – До связи, дорогой друг.
Здесь и далее для удобства читателя будут использоваться привычные нам единицы измерения времени.
И отключился. В это время их корабль начал медленно разворачиваться. А когда развернулся, перед его носовой частью начало искриться космическое пространство, цветовая палитра была удивительной, от ярких красных и зеленых лучей до фиолетовых искр, которые создают неповторимое зрелище.
Я попросил Скхаджи увеличить этот сегмент изображения. В этих искрах появилась маленькая чёрная точка, похожая на Кемхет легко заметная на фоне этих вспышек даже в черноте космоса, точка начала быстро расширяться до размеров поперечной части корабля шалхинцев.
Затем корабль будто начало засасывать, растягивая его как резину, внутрь этой чёрной дыры. Несколько мгновений, и корабль полностью исчез вместе с чёрной дырой, оставив за собой лишь вихрь разноцветных искр и лучей.
– Что. Вообще. Происходит? – выделяя каждое слово спросил Сэм. – Мне кажется, я потерял связь с реальностью как только эти, как их там, шалхинцы вышли с нами на связь.
– Это очень хороший вопрос, Сэм, – ответил я ему. – Давайте, пока мы все вместе будем доделывать все дела на этой планете и здесь на корабле, я вам всё расскажу.
Я хотел было сказасть Скхаджи возвращаться на планету, но вовремя сообразил, что все наши перемещения происходили во время Озарения и мы всё ещё находимся на поверхности планеты.