Рядом с девятиэтажкой, вплотную к стене, вырос раскидистый куст орешника. Густой и высокий, он мог послужить неплохим укрытием. Я потащил Драгина за собой, с треском вломился в кусты и… по каменистому склону скатился в подвал. Майор провалился под землю следом за мной. При этом он сильно приложился головой о торчащую из насыпи трубу и теперь, похоже, лежал без сознания.
Я вскочил на ноги, осмотрелся. Орешник уходил корнями в насыпь и так сильно разросся, что рассеянного света едва хватало на небольшой пятачок возле пролома в стене. Дальше всё тонуло в непроглядном мраке.
Шум снаружи достиг апогея: выстрелы прогрохотали в непосредственной близости от нашего убежища. В ответ раздалась отдалённая пальба. Шальные пули тупо задолбили в бетонные стены многоэтажки. Кто-то с треском вломился в орешник. Судя по хриплому, прерывистому дыханию и неровным шагам, незваный гость был ранен. Я взял автомат наизготовку, отошёл в тень, присел на колено и взял вход в подвал на мушку.
Ветки закачались и сдвинулись в сторону. На какой-то миг стало светлее, а потом в проломе появилась тёмная фигура. Свет падал сзади, толком разглядеть, кто это был, не удалось. Неизвестный обернулся, выставил назад руку с пистолетом, несколько раз выстрелил в преследователей. Краткого мига хватило, чтобы различить пятнистый рукав синей куртки наёмника.
Незнакомец ещё раз спустил курок, но выстрела не последовало. Наёмник собрался было нырнуть в подвал, как стена дома задрожала от взрыва. У меня голова чуть не лопнула от грохота, я как будто оказался внутри гудящего колокола: в ушах зазвенело, перед глазами поплыла белёсая муть. Прошитый осколками человек с треском упал в орешник. Почти сразу грохнул ещё один взрыв. Этот прогремел в нескольких метрах от дома, так что последствия были не такие катастрофические: в подвал залетело с десяток комков земли, да шальной осколок звякнул по трубам, что рядами шли под потолком.
Зашуршала пожухлая трава. Чья-то тень накрыла мёртвое тело.
– Проверь, как он там, – раздался в отдалении грубый голос.
Грохнул контрольный выстрел. Чьи-то руки схватили труп за ноги и оттащили в сторону. Послышались приглушённые голоса и тихие хлопки – похоже, тело обыскивали.
В это время слабо застонал Драгин. Голоса сразу стихли, потом раздался едва различимый щелчок, и в пролом залетела граната. Она, подскакивая, укатилась в темноту, где и взорвалась пару секунд спустя. Осколки защёлкали по стенам и потолку, высекая искры и звонко пронзая трубы. Видимо, для профилактики снаружи в подвал пустили длинную очередь. Косая строчка пуль прошила насыпь в сантиметрах от меня, заставляя ещё сильнее вжаться в землю.
Я только перевёл дух, как проклятый наёмник решил ещё немного пострелять. Плечо пронзила обжигающая боль. По коже потекла липкая, тёплая влага, и куртка стала мгновенно напитываться кровью. Я закусил губу, чтобы не закричать, запустил пальцы здоровой руки в землю и сжал так сильно, что захрустели мелкие камушки.
Я неподвижно лежал до тех пор, пока невидимые стрелки шмонали труп. Возились они очень долго. Я чувствовал, как с кровью уходят силы, и молил об одном: только бы не потерять сознание. В противном случае я рисковал навсегда остаться в этом подвале.
Наконец наёмники ушли. Я дождался, когда их шаги затихнут в отдалении, и лишь после этого достал из рюкзака полупустую аптечку. С трудом сел, опираясь спиной о стену, зубами вскрыл упаковку перевязочного пакета и наскоро перебинтовал руку.
От предпринятых усилий на лбу выступил пот, накатила слабость. Я вялой рукой нашарил в рюкзаке банку с «энергетиком», зубами подцепил кольцо на крышке, открыл. Газы с шипением ударили в нос. Несколько глотков пахнущей химией жидкости немного придали сил. Я отдохнул пару минут, потягивая «нон-стоп», а потом подполз к Драгину. Он дышал, и это было хорошо. Осталось проверить, не зацепило ли его осколками. Я включил налобный фонарик, бегло осмотрел напарника. Вроде всё было путём, новых дырок не появилось.
В темноте что-то зашуршало. Я схватил автомат. Держа его в одной руке, повернул плавающий ствол в сторону звука. Луч света выхватил из темноты часть бетонной стены и приоткрытую дверь, рядом с которой стояло с десяток карликов. Фигуры в чёрных плащах, с надвинутыми на глаза капюшонами, выставили руки, с земли сами собой поднялись обломки кирпичей. Мутанты по-детски засмеялись и бросили в меня камни. Большая часть их снарядов не долетела, лишь несколько ударили в стену над моей головой и рассыпались в крупную крошку. Один из обломков попал в моё раненое плечо. Я взвыл, отпрыгнул в сторону, вскинул автомат и только хотел спустить курок, как услышал слева девичий голос: