Впереди нас ждало ещё одно испытание: огромный истекающий слизью бугристый склон – то ли язык, то ли мышечная глотка сдохшей твари. Мы не без труда преодолели его и наконец-то оказались в настоящем тоннеле. Источником света, который мы видели, когда тварь распахнула рот, были десятки сверкающих молниями «разрядников». Аномалии располагались повсюду в подземном коридоре, в том числе на стенах и потолке. От пронзающего воздух электричества кожу щипало даже под комбинезоном, и шевелились волосы под облегающим голову капюшоном.
– Вот уж не думал, что придётся побывать в заднице глиста, – раздался искажённый противогазом голос Драгина. Майор стоял рядом с дохлой тварью и казался пигмеем: огромный червь занимал почти всё пространство тоннеля, узкие щели отделяли его склизкое тело от потолка и стен шахты. В покрытой ворсинками грубой коже мутанта зияли рваные сочащиеся бурой жидкостью отверстия от пуль.
Я смотрел на то, как она скапливается в лужицы, и думал: «Какое счастье, что Настя снабдила нас противогазами с почти новыми фильтрами. Наверняка здесь такая вонь, что без «намордников» мы давно бы уже задохнулись». Зато карликам, похоже, было всё до фонаря. Они не проявляли никаких признаков беспокойства, не морщились и не зажимали короткими толстыми пальцами носы. Оно и понятно: мутанты они или кто?
Настя отвязала нас и бросила на пол верёвку, сплошь вымазанную в слизи: кое-где прочные нити верхнего слоя порвались и торчали неопрятными пучками. Брать с собой испорченную вещь не имело смысла, поэтому девушка без сожалений оставила её здесь и отправилась следом за карликами: те уже двинулись в путь, тщательно выбирая дорогу между аномалиями.
От мощных электрических разрядов аккумуляторы фонариков зарядились, и мы снова были при свете. Правда, сейчас нам хватало вспышек «разрядников», так что мы фонарики выключили, не желая тратить драгоценную энергию попусту.
Примерно через триста метров аномальное поле кончилось, а в стене обнаружилась дверь перехода на верхний уровень. Мы решили испытать удачу: вдруг завал остался позади – и не прогадали. Пятый ярус оказался свободен, и наш отряд без проблем добрался до подземных этажей ЧАЭС.
Глава 27
Выход силой
Драгин сразу взял командование на себя. Я не возражал: парень из спецназа, у него опыта в таких делах по-любому больше, чем у меня. Настя тоже не спорила – чувствовала дивчина исходящую от майора силу. А карликам вообще всё было до лампочки.
Пока нам везло: широкие полутёмные коридоры пустовали, камер слежения не было. Конечно, их могли хорошо замаскировать, но почему тогда никто не пытался нам помешать? Может, мы направлялись прямиком в ловушку? Я озвучил свои мысли.
– Вряд ли, – развеял Драгин мои опасения. – Камеры наверняка стоят ближе к лаборатории. Мы просто ещё не дошли до неё.
Коридор закончился бронедверью. Света тусклой лампочки в пыльном плафоне едва хватало, чтобы разглядеть грубо намалёванные на этой массивной преграде буквы и цифры.
– РБ-14, – прочитал Драгин и поколупал пальцем в перчатке похожую на кровь краску. – Что бы это значило? Радиационная безопасность?
– Радиоактивные бомбы, четырнадцать штук, – буркнул я, разглядывая кнопочную панель слева от двери. – Какая разница, что это значит. Надо искать другой путь: здесь без кода не пройти. Не зря у меня в носу свербело, я так и знал: какая-нибудь подлянка будет.
– Погоди раньше времени тоску наводить. Дай попробую. – Драгин оттеснил меня от двери, нацелился пальцем на крайнюю кнопку.
– А если сигнализация сработает? – предположила Настя.
– Может, сработает, а может, и нет. Пока не попробуем, не узнаем. Если что – ты, Паря, контролируешь правый фланг, я левый. Настя прикрывает малышей, а вы, ребята, – Драгин повернулся к карликам, – мочите всех к нюхачьей матери своим телекинезом. Готовы? – Он окинул нас внимательным взглядом: малышня заулыбалась, я поднял большой палец, амазонка сосредоточенно кивнула. – Тогда поехали.
– Подожди!
– Что опять? – Драгин недовольно глянул на девушку.
– Попробуй один-четыре-девять-семь-два.
Майор пожал плечами, ткнул пальцем в кнопки. Тишина. Он повернулся к Насте:
– Всё? Успокоилась? Как видишь, ничего не…
Дверь причмокнула и с тихим шипением чуть сдвинулась.
– Что за хрень? – У Драгина, как и у меня, впрочем, от удивления глаза стали круглыми, как стёкла древнего противогаза. – Как ты догадалась?
– В той комнате с экранами к столу табличка прикручена – с цифрами, а у меня память на числа хорошая. Один раз увидела – всю жизнь буду помнить. Вот и вспомнила.