Половицы заскрипели, кабинет наполнился звуком тяжёлых шагов. Рядом с запятнанной чужими мозгами обувью Жигана появились извозюканные в рыжей грязи берцы местного криминального авторитета. Судя по тому, как покачнулись ноги шепелявого и затрещала кожа косухи, Чахлый схватил его за грудки.
Чужая длань больше не давила мне на затылок – видимо, бандит увлечённо наблюдал за разборкой. Я осторожно приподнял голову. Главарь действительно держал Жигана за лацкан куртки одной рукой, а вторую сжал в кулак и вроде как готовился засветить им в глаз оппоненту.
– Будешь вякать, пристрелю, как «слепыша», а тело в «студень» сброшу, – зашипел пахан, – чтоб даже костей не осталось. Я передумал. Ты понял, говнюк? Передумал! Сначала хотел отдать, а теперь не хочу!
– Ты зе леальный пасян, Сяхлый, а пасяны всегда слово делзат. Ты мне долзен…
Чахлый, как в фильмах про Дикий Запад, откинул полу длинного плаща, выхватил «пустынного орла» из кобуры. Грохнул выстрел. Кровь с мозгами брызнула на стену, и Жиган, с огромной дырой в затылке, рухнул на пол. Из-под его головы появилась лужица крови. Сначала небольшая, она быстро увеличивалась в размерах и скоро почти вплотную подобралась к коленям Байкера.
– Я никому не должен, шепелявый, – просипел бандит, пряча длинноствольную «пушку» в кобуру. Он и в самом деле носил её на бедре – самодельную, сшитую из кожи какого-то мутанта. – Поднимите этих, – кивнул он в нашу сторону и потопал к столу.
Резкий рывок сзади за плечи – и вот я уже на ногах. Рядом с хрипом втягивал воздух Байкер. Я осторожно скосил взгляд в его сторону. М-да, видок у него был тот ещё: борода в запекшейся крови, левый глаз заплыл, под правым зрел фингал, усы под носом превратились в тёмные сосульки. Меня, в отличие от него, даже пальцем не тронули. Содранная кожа на запястьях не в счёт – это след от грубой верёвки.
«Как же руки-то затекли, господи! Кисти уже распухли и онемели, ещё пару часов – и они, наверное, сами отвалятся, – застонал я мысленно. – Развяжите нас, сволочи!»
Последнее, кажется, я крикнул вслух. Судя по тому, как вылупился на меня Чахлый, моя догадка была недалека от истины. Он слегка повёл головой, и чьи-то грубые пальцы схватили меня сзади. Верёвка ещё сильнее врезалась в кожу. Через несколько секунд путы ослабли, и освобождённые руки плетьми упали вдоль тела. Я пошевелил затёкшими конечностями, чувствуя, как под кожей просыпаются мурашки, нарастают покалывание и зуд, помассировал сначала одну руку, потом другую.
Всё это время я осторожно поглядывал по сторонам, пытаясь просчитать шансы на побег. В комнате, не считая нас с Байкером и Чахлого, находились ещё как минимум трое человек: двое у окна с немецкими пистолет-пулемётами в руках, третий у меня за спиной. Почему минимум? Да потому что обернуться и точно сосчитать, сколько бандитских рож приходилось на одного честного сталкера, было нельзя.
«О как я о себе заговорил: сталкером стал величать – молодец, однако, ничего не скажешь. А, впрочем, кто я такой, как не сталкер? Бандит, что ли? Нет, конечно! Военный? Чур меня, чур! Учёный? Тогда где мой защитный костюм рыжего цвета и непременный чемоданчик для сбора образцов? Нет ни того и ни другого! Так что я самый настоящий сталкер от кончиков пальцев ног до макушки».
Я ещё раз зыркнул по сторонам. Те двое стояли у самого окна с буквами «ЦИЯ» на стекле, близко друг к другу и недалеко от меня. «Один мощный рывок – и они с треском вылетят из кабинета, только пятки сверкнут в воздухе, – пытаясь найти выход из ситуации, размышлял я. – Эх, знать бы наверняка, что сзади только один бандит, да с Байкером договориться, тогда можно пробовать изменить расклад в нашу сторону. У Чахлого, кроме пистолета, другой пушки нет. Есть шанс взять его на мушку, если сумею отобрать МП-5 у прыщавого, перед тем как выброшу его с приятелем из окна».
Пока я просчитывал варианты – а если называть всё своими именами, то просто мечтал, – Чахлый достал из кармана ПДА и подошёл к нам.
– Узнаёшь? – он сунул гаджет под нос Байкеру.
Сталкер молча кивнул. Я скосил глаза вбок и почувствовал, как по спине у меня побежали мурашки, а на голове зашевелились волосы. В левом углу узкой рамки прибора чернели две скрещенные шпаги – символ Арамиса. «Раз ПДА у бандитов, значит, у парней ничего не получилось и пси-генератор не уничтожен! Но куда тогда подевались мутанты? Неужели их всех перебили? Наверное, ребята всё-таки выполнили задание, но ценой собственной жизни».
– С ним был ещё второй, – продолжил Чахлый, пряча наладонник в карман, – мой бывший кореш Копчёный.