Но имя так и не слетело с губ, потому что мне было больно его произносить, да и про своё обещание я тоже внезапно вспомнила.
— От кого, Тина? — тут же спросил он. — От Лестата?
Поджав губы, я посмотрела немного на свои руки, а потом прошептала:
— Да, от Лестата… ладно, не важно. Просто я думала, что ты поможешь мне, как я тебе, ты ведь обещал… Но… ничего страшного, справлюсь как-нибудь сама, не впервые. Пока, Дамблдор!
Быстро встав из кресла, я рывком подхватила рюкзак и хотела уже направиться к выходу, как Дамблдор вскочил вместе со мной и воскликнул:
— Ладно, Тина, оставайся студенткой, я не против!
— Правда? — обернувшись, спросила я и по ответному взгляду сразу догадалась, что это была не шутка. — Спасибо, Дамблдор, я так тебя обожаю!
Подбежав к нему, я поцеловала в покрытую морщинами щёку, и Дамблдор сразу расплылся в довольной улыбке.
— Спасибо, спасибо, спасибо!
— Но у меня будут условия, — наигранно строго добавил он, и я, снова бросив рюкзак рядом с креслом, плюхнулась на своё прежнее место и беспечно заявила:
— Конечно, я согласна на всё! — и, выудив из кармана сигареты, достала одну и подожгла золотой зажигалкой.
— И первое, если ты хочешь быть ученицей пятого курса, то не смей курить в за́мке! — возмутился Дамблдор, наколдовав пепельницу, и я, смахнув пепел, сказала:
— Это последняя, честное слово. Я обязательно брошу, как только приеду сюда в сентябре. Что ещё?
— Надо будет купить школьную форму, инвентарь… — неуверенно продолжил перечислять он, но я так выразительно посмотрела в ответ, что Дамблдор сразу осёкся на полуслове. — Ладно, для тебя это не проблема, я понял. На занятия надо будет ходить, готовиться…
— Брось, Дамблдор, занятия — это не трёхчасовые лекции для студентов, на которых в основном говорила я. На тройку я точно чего-нибудь наговорю, а насчёт магии… это мои проблемы, тебя я в это не впутываю. Ещё какие-то правила?
— Тина, если мне будут на тебя жаловаться преподаватели, то я буду очень расстроен, — мягко проговорил он.
— Что ты?! — воскликнула я, картинно удивившись. — Я буду паинькой, честное слово! Идеальное поведение, тише воды ниже травы, ни от кого ты и слова плохого не услышишь обо мне!
Но Дамблдор так скептически посмотрел в ответ, что я не выдержала и заливисто рассмеялась.
— Ладно, я очень постараюсь быть тише воды ниже травы. Но гарантий никаких не даю. Это всё?
Он явно хотел сказать «да», но тут в дверь уверенно постучались. И, не дожидаясь приглашения, кто-то быстро вошёл в кабинет и закрыл за собой дверь, а я мигом бросила сигарету в пепельницу.
— Профессор Дамблдор, добрый день! Я вчера был на… — раздался за моей спиной довольно приятный мужской баритон, и я, удивившись, сразу обернулась и посмотрела на вошедшего.
Это был мужчина около тридцати лет, может, чуть старше, одетый полностью во всё чёрное, несмотря на то что на улице был жаркий погожий июльский день. Но судя по его бледной, даже несколько болезненной коже о солнце он знал только из книжек. Правда, его строгий чёрный классический костюм вызвал у меня даже какое-то подобие дежавю, но я старательно отогнала подобные мысли прочь и вгляделась в лицо. Черты его были довольно правильными, даже приятными, чёрные глаза на бледной коже горели каким-то неизвестным огоньком, а довольно длинные волосы ровными прядями спадали на плечи. В целом, этого мужчину можно было бы назвать красивым, если бы не та маска брезгливости или… неприязни, застывшая на его лице.
Заметив меня, он тут же замолчал и с вызовом посмотрел в ответ, а мне вдруг стало так не по себе, так… холодно от его взгляда.
— А, Северус, добрый день! — с улыбкой поприветствовал его Дамблдор, тем самым прервав томительную паузу. — Позволь тебе представить, это наша новая ученица, Тина…
— Велль, — сразу же добавила я, чтобы мой друг по старой памяти не обратился ко мне по титулу. — Тина Велль, до… добрый день, сэр!
Я чуть было не продолжила своё обычное представление «Тина Велль, доктор медицинских наук, нейрохирург», но вовремя спохватилась и вывернулась из ситуации, но вид человека напротив меня оставался абсолютно невозмутимым.
— Да, мисс Тина Велль, — с улыбкой повторил Дамблдор. — Она переводится к нам из другой школы, на пятый курс. Тина, позволь тебе представить, профессор Северус Снейп, он преподаёт Зельеварение.
«Зелье… что?» — промелькнуло у меня в голове, когда я натянуто улыбнулась в ответ, но профессор Снейп не удостоил меня ответной улыбки и перевёл свой пренебрежительный взгляд на Дамблдора. И тут ему на глаза попалась моя сигарета. Осознав ещё один свой прокол, я обречённо прикрыла глаза, подумав, что недолго побыла «студенткой», даже ещё учиться не начала, как всё раскрылось. Но тут Дамблдор с почти олимпийской выдержкой невозмутимо взял сигарету в руки и легко затянулся.