— Простите, девочки, я не хотела никого обидеть, — уже вслух прошептала я, виновато опустив глаза на свои руки.
— Тина, ничего страшного, — произнесла Падма. — Но только поосторожнее с подобными выражениями при профессоре Снейпе, я бы точно не хотела переходить ему дорогу…
— Хорошо, не буду, — согласилась я и тут почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд.
Обернувшись, я встретилась глазами с мальчиком примерно «своего» возраста, с непослушными чёрными волосами и зелёными глазами, сидевшим за соседним столом. Мне сразу бросился шрам на лбу в виде молнии, а мальчика от моего взгляда тут же перекосило, и он согнулся пополам, словно от боли.
— Кто это? С ним всё в порядке? — испуганно спросила я соседок, и те повернулись, чтобы понять, про кого я говорила.
— Ты что, не слышала про Гарри Поттера? — удивилась Лайза. — Тина, откуда ты к нам приехала?
— Из Австралии, — тихо проговорила я, почувствовав противный вкус догадок, что я была как-то связана с тем, что Гарри Поттеру стало плохо именно из-за меня. Хотя и не понимала, каким образом.
— Всё ясно, — протянула Лайза. — Он странный, этот Поттер. Заявил в прошлом году, что Сами-Знаете-Кто вернулся… и Дамблдор ему верит, про них всё лето писали в газетах, что они оба сумасшедшие…
«Теперь понятно, почему Дамблдор в последнее время такой осунувшийся…» — подумала я, ещё раз посмотрев на Гарри, но девочка с вороньим гнездом на голове уже бросилась помогать ему, и он на меня больше не смотрел.
— …и моя мама тоже считает, что это всё чушь, — добавила Стефани. — Сами-Знаете-Кто давно мёртв, а старик просто эпатирует публику…
«Интересно, а она знает значение слова «эпатировать»?» — ядовито подумала я, но тут же вспомнила про своё обещание быть добрее и только сла́бо улыбнулась в ответ.
Девочки ещё немного поперешёптывались, а потом слово взял Дамблдор, когда распределение первокурсников закончилось, но его перебила женщина в жуткой розовой одёжке. А я подумала, что одежда профессора Мрачная Туча, фамилия которого сразу же вылетела у меня из головы, как только я её услышала, была просто последним писком моды и крайне приятным вариантом по сравнению с ужасным девичьим розовым цветом. Речь её была такой же жуткой, как и прикид, а ещё из неё я догадалась, что у Дамблдора с Министерством точно были какие-то тёрки. Но больше всего мне не давало покоя странное поведение Гарри Поттера, когда он увидел меня. Мне показалось, что он словно… узнал меня, хотя мы никогда раньше не виделись.
* * *
«Нет, этого просто не может быть!» — с отчаянием подумал я, а моя голова в этот момент разрывалась от боли.
Два месяца назад я благодаря продуманному до мелочей плану снова вернулся в этот мир, обрёл тело и уже собрался вернуть себе былое могущество… но… этот взгляд… этого просто не могло быть!
«Это не она, это просто девочка, похожая на неё… — судорожно соображал я, всё никак не в силах выкинуть из головы новую студентку Когтеврана, которая внезапно перевелась на пятый курс. — Тина не волшебница, да как она вообще могла пройти распределение?! Хотя этот пройдоха-Дамблдор… они же дружили, точно… это не может быть она, просто не может!»
От этого воспоминания, которое всплыло у меня перед глазами, в ушах застучало, а дыхание участилось в два раза. Я ходил из угла в угол в своём маленьком кабинете в Малфой-Мэноре и всё никак не мог успокоиться, никак не мог поверить, что она могла вернуться.
«Что она вообще забыла в Хогвартсе?! Это не она… ей тут делать нечего… давай же, успокаивайся… всё давно в прошлом…»
Внезапно я замер посреди комнаты, а в моей голове родилась одна гениальная мысль. Быстро подойдя к своему рабочему столу, я сел в кресло, а затем отпер один из ящиков стола, самый нижний, и достал оттуда книгу в простом чёрном переплёте. Сборник афоризмов, который мне подарил на выпускной Генри и даже собственноручно при мне его подписал. Я полистал книгу, и среди жёлтых страниц вдруг показался сложенный пополам чёрно-белый снимок, который я положил туда давным-давно в качестве закладки.
На снимке было два человека: один — грузный мужчина под пятьдесят лет, одетый в белоснежный хирургический костюм, с густой шевелюрой на голове и суровым взглядом. А перед ним, на стуле, сидела девушка… невысокая брюнетка с милым лицом, одетая в униформу медсестры… это была та же самая девушка, которую я увидел в воспоминаниях Поттера первого сентября на праздничном пире. Это была Тина, молодая Тина без шрама на щеке и боли в глазах. Она родилась снова и даже приехала в Лондон.