— Как… недальновидно, — усмехнулась я, повертев палочку в руках. — Можете попрощаться со своей палочкой, мистер Реддл, поскольку я сильно сомневаюсь, что вы сможете окончить обычный университет…
— Это мы ещё посмотрим, доктор Д’Лионкур, — надменно ответил он, с огнём в глазах посмотрев на меня. — Только эта палочка очень ценна для меня, и я надеюсь, что вы её не потеряете за эти пять лет…
— Можете не сомневаться, мистер Реддл, я умею хранить ценные вещи, — высокомерно заметила я, так как этот нахал считал, что я настолько легкомысленна, что могу потерять что угодно. — Если вы каким-то волшебным способом умудритесь окончить университет, то я лично вручу вам и диплом, и палочку, и свои извинения.
— Договорились, — прошептал мой подопечный, а на его лице вновь появилась ядовитая усмешка, видимо, он уже представил эту картину. А вот в моей голове она была попросту невозможна. — С нетерпением буду ждать этого волшебного момента. И кстати, вы ведь тоже опоздали, доктор Д’Лионкур?..
— Я не опоздала, самоуверенный ты индюк, а задержалась на операции, — прошептала я, убрав палочку в карман белого халата, и открыла дверь архива. — Ещё чуть-чуть, и тебе бы повезло, так как я могла и не узнать о твоём опоздании. Но всё же узнала. И я специально уточню насчёт лекции. А теперь пойдём, я покажу тебе неврологический осмотр, два часа назад поступил пациент с очень интересной симптоматикой, я его ещё сама не видела. И добро пожаловать в мир обычных людей, мистер Реддл.
— Благодарю за такой тёплый приём, доктор Д’Лионкур, — так же язвительно прошептал он, когда мы уже двигались по узкому больничному коридору в сторону палаты, в которой лежал тот самый пациент, о котором я только что рассказала.
И несмотря на непростое дежурство накануне последующие несколько месяцев точно я постоянно ехидно улыбалась при виде своего ученика, так как была крайне довольна тем, что лишила его очередной лазейки, помогавшей ему раньше с лёгкостью справляться с проблемами обычных людей. И теперь головной боли для этого самоуверенного красавца стало на порядок больше.
* * *
— Тина, может, зря ты с ним так? — обеспокоенно спросила Делла, войдя в ординаторскую и застав меня за привычным занятием, а именно муторной писаниной.
— Ты о чём? — невозмутимо поинтересовалась я, дописывая последние предложения.
— Я об этом мальчике, Томе. Уже вся больница не первый год перешёптывается, что ты в него влюбилась и…
— Что?! — возмущённо воскликнула я, не дав подруге договорить фразу до конца. Я с гневом посмотрела на неё, но, увидев искреннюю растерянность на её лице, сразу смягчила взгляд, прекрасно понимая, что Делла в этой ситуации точно не виновата. — Прости, я тебя перебила, договаривай… Что там ещё говорят про меня?
— Тина, неужели ты действительно?.. — она снова осторожно задала вопрос, видимо, интересовавший не только её, но и ещё энное количество человек, работавших в этом здании.
— Делла, брось, ну что за глупости? — дописав последнее предложение и закрыв историю, произнесла я, пристально посмотрев на неё. — Я вообще не понимаю, как такое могло прийти кому-то в голову…
— А я вот прекрасно понимаю, Тина, — мягко улыбнулась Делла. — Ты так… по-особенному к нему относишься…
— По-особенному? — переспросила я, а мои брови поползли вверх от такого описания моего отношения к мистеру Реддлу. — Да я просто хочу, чтобы этот упрямец наконец понял, что ему нечего делать в медицине и самовольно ушёл отсюда!
— Тина, он уже пять лет терпит твою тиранию и до сих пор не ушёл, — улыбка Деллы стала ещё шире, а на меня от её вида снова начало накатывать возмущение, потому как я прекрасно понимала, что за ней стояло. — Тебе не кажется, что он уже вряд ли сдастся? И если он так тебе нравится, то есть же и другие способы, как сказать ему об этом…
— Делла! — воскликнула я, ошеломлённая таким «советом». — Ты в своём уме?! Мне весной исполнилось тридцать восемь, а сколько этому мальчишке? Двадцать с чем-то? Зачем он вообще мне сдался?
— Знаешь, вы так друг на друга смотрите… между вами можно поставить лампочку, и она взорвётся от скачка напряжения! — рассмеялась Делла, взяв свой стул, а затем пододвинула его к моему столу и села рядом. — Тем более тебе не кажется, что возраст — это довольно глупая отмазка? Генри тоже старше меня на тринадцать лет, но мы с ним вот уже четыре года…
— Делла, я очень рада за вас с Генри, честно. Но вот я-то здесь при чём?! — язвительно спросила я и, набрав побольше воздуха в лёгкие и сделав глубокий выдох, чтобы успокоиться, более ровным тоном добавила: — Послушай, я… не вижу в мистере Реддле… мужчину, ясно? Для меня он всего лишь заносчивый студент, который вот уже пять лет мозолит мне глаза в операционной, и только. И поверь мне, единственное взаимное чувство между нами — это ненависть. И я думаю, что он, обладая… такой внешностью, вряд ли когда-нибудь заинтересуется мной. Да мне это абсолютно и не нужно.