Что ж, похоже, в тот вечер был именно тот самый переломный момент, когда и я, и он должны были перешагнуть через гордость. И поэтому я по возвращении Тома с непродолжительного обхода разрешила ему помочь мне, несмотря на то что очень не любила, когда кто-то делал за меня мою работу. Но в компетентности Тома я не сомневалась, потому как это именно я научила его всему, что знала сама, и уж кому, как не мне, было знать, что этот педантичный перфекционист вряд ли пропустит хотя бы одну ошибку начинающих врачей.
Так мы и работали несколько часов, а когда истории закончились, то я по инерции начала заполнять уже свои, а Том прогулялся до ординаторской, взял истории своих пациентов, и мы опять работали в тишине ещё какое-то время. И я с удивлением отметила про себя, что в этот раз меня вовсе не раздражало его присутствие. Даже наоборот, с ним было как-то… спокойнее. И видимо, на меня напало такое умиротворение, что даже кофеин перестал как-то действовать на меня, так что к трём часам ночи я уже почти что засыпала.
— Тина… если ты устала, то можешь прилечь на диван и поспать… Сегодня всё равно дежурю я, тебе нет нужды не спать всю ночь, — услышала я тихий баритон, когда вместо написания истории просто просидела пять минут, подперев ладонью щёку. Я растерянно посмотрела в угольно-чёрные глаза, всё ещё не желая признаваться в том, что без него я всё равно не усну, как бы ни старалась. И Том сразу догадался об этом. — Я могу посидеть рядом с тобой, если ты этого хочешь. Всё равно в отделении все спят.
«Надо же, даже не съязвил, — подумала я, с тёплой улыбкой смотря на супруга, сидевшего напротив. — Что ж, раз твоя гордость уже спит, значит, и моей пора…»
— Ты же за этим пришёл сюда в начале вечера, не так ли? — спросила я, шаткой походкой подойдя к шкафу с книгами и достав оттуда ту самую. И по довольной улыбке в ответ я сразу поняла, что мои дедуктивные способности не подвели меня.
Уже чуть ли не падая от усталости, я подошла к дивану и плюхнулась на него, а потом вопросительно посмотрела на Тома, поскольку он же сам предложил посидеть со мной. На секунду мне показалось, что Том и сам был немного удивлён своему предложению, но всё-таки сел на край дивана с книгой в руках, а я, скинув обувь, устроилась на его плече, как обычно делала это по ночам, когда мы спали дома.
«Мы же всё-таки женаты, верно? — подумала я, немного смутившись, что впервые осознанно вот так легла к нему на плечо. — Это и был твой шанс, парень… надеюсь, ты всё понял и не упустишь его. Второго моя гордость дать точно не позволит».
* * *
— Доброе утро, профессор Реддл… Тина… — услышала я бархатный баритон, как только проснулась в своей кровати в начале ноября.
Правда, проснулась я вот уже минут десять, как, может, больше, но в отличие от всех остальных дней до этого решила не отворачиваться, а продолжала лежать на груди своего супруга. И видимо, он расценил этот жест как знак, что я была настроена вполне дружелюбно. И это было действительно так, ведь сегодня, во-первых, был выходной, а во-вторых, я наконец выспалась.
— Доброе утро, Том… — протянула я, не открывая глаз. — Ты не подскажешь, который час?
— Одиннадцать часов утра, — ответил он, а я, даже не открывая глаз, могла почувствовать его улыбку. — Ты так крепко спала, что я не хотел тебя будить…
— Ясно… знаешь, если тебе скучно лежать здесь до моего пробуждения, то ты можешь спокойно вставать и идти заниматься своими делами… ты не разбудишь меня, — начала говорить я, но Том сразу меня перебил:
— Всё в порядке, мне нетрудно полежать здесь с тобой. Всё равно сегодня выходной, а у меня не было планов на это утро.
От этих слов я улыбнулась, а потом мне вдруг пришло кое-что в голову.
— Том?.. — неуверенно обратилась я к нему и сразу почувствовала, как его тело немного напряглось.
— Да?
— А я… говорила что-нибудь во сне? — осторожно спросила я, не решаясь от смущения открыть глаза и посмотреть на него, чтобы увидеть реакцию на свои слова.
— Сегодня — нет, — тихо сказал Том, но в его голосе я уловила нотки напряжения, что лишний раз подтверждало мои догадки.
— А до этого? — не сдавалась я, решив всё же добиться ответа. Но Том всё никак не хотел отвечать, поэтому спустя несколько минут я повторила более твёрдым голосом: — Том, я говорила что-нибудь во сне до этого?
— Да, — наконец выдохнул он.
«Чёрт… он точно всё знает… Что же я ему рассказала? Всё или только часть? Ладно, теперь уже всё равно ничего не скроешь…»
— А о чём именно я говорила во сне? — как бы невзначай поинтересовалась я, но между нами вдруг появилось ощутимое напряжение, по которому я догадалась, что разговоры точно были далеко не из самых моих приятных воспоминаний.