Галантно проводив Тину к автомобилю, я постарался вести в привычном темпе, стараясь не выдавать волнения, захлестнувшего меня с головой. И всё же пару раз я немного превысил скорость, поскольку мне так хотелось побыстрее добраться до нашего дома. Когда мы уже подъехали к особняку, я помог Тине выйти из автомобиля, а сам решил припарковать машину в гараж, тем самым дав ей немного времени и свободу действий. Хотя до этого я мог достаточно точно угадать, как поступит моя супруга, но именно в тот момент я был в полной растерянности: я не знал, чего мне от неё стоило ждать. Она могла пойти к себе в спальню и притвориться спящей, и тогда я стал бы ждать другого подходящего момента, могла пойти к себе в спальню и ждать меня…
И я был очень удивлён, когда, только войдя в дом, застал Тину, замершую в центре холла. Я мог даже на расстоянии нескольких шагов почувствовать её смущение, растерянность, сомнения, страх. Но она словно чего-то ждала. И мне не составило труда догадаться, чего же именно ждала моя жена.
Ровным шагом я подошёл к Тине и остановился в десяти сантиметрах от неё. Я не сомневался, что она слышала мои шаги, но Тина никак на них не отреагировала. Не повернулась ко мне и не пошла прочь. И поэтому я, набравшись дерзости, подошёл ещё ближе и положил ладони ей на талию, стянутую тугим шёлком и не менее тугим корсетом. Почувствовав мои прикосновения, Тина наконец повернулась ко мне лицом, и я на несколько секунд замер от той растерянности, читавшейся в её карих глазах. И одновременно в них было ещё кое-что. В её полном неуверенности взгляде читалось желание, чтобы это именно я перешёл ту едва заметную границу, что всё ещё была между нами. И я сделал это, наклонившись к её лицу и коснувшись губами её мягких губ.
— Я три года этого ждал… — прошептал я, отстранившись от неё спустя минуту.
— Вот дурак… — покраснев, тихо выдохнула она, крепко обняв меня. — Ты мог намного раньше поцеловать меня, у тебя же было столько возможностей…
Услышав эти слова, я усмехнулся, потому как мне было прекрасно известно, что если бы я дерзнул поцеловать Тину хотя бы полгода назад, то больше она бы меня к себе не подпустила. Хотя теперь я начал сомневаться в этом. «Может, я действительно дурак, раз ждал столько времени, хотя она, видимо, на подсознательном уровне была не против моих поцелуев?»
— Но мне хотелось, чтобы ты сама этого захотела. И теперь, спустя три года, я увидел это… — пояснил я, наслаждаясь такими желанными, осознанными объятиями Тины.
— Знаешь, сколько поцелуев ты задолжал мне за эти три года? — вдруг спросила она, немного отстранившись от меня и соблазнительно улыбнувшись.
— Примерно, — рассмеялся я в ответ, догадавшись о намёке в её словах. — Когда я могу начать отдавать свой долг?
— Прямо сейчас! — быстро прошептала Тина, обхватив ледяными ладонями моё лицо и страстно поцеловав меня. — И может, лет через десять, ты сможешь погасить его…
От этого поцелуя я чуть не потерял сознание, но, быстро взяв себя в руки, не менее страстно ответил ей, снова крепко прижав к себе.
— Пока я буду отдавать старый, уже образуется новый… — прошептал я, немного переведя дыхание, но абсолютно не собираясь прекращать целовать Тину.
— Ничего, я умею ждать… — так же шёпотом сказала она, проведя руками по моей спине, отчего мне стало ещё жарче, чем до этого.
— Я тоже, — ответил я, искренне радуясь тому, что я всё-таки добился желанной цели.
* * *
«Почему же он… не идёт дальше?» — пронеслось в голове, когда я отчаянно целовала Тома в холле нашего особняка после того, как закончился наш первый совместный ужин наедине.
Но не свидание. Оно как раз должно было продолжиться, причём мне очень хотелось, чтобы продолжилось оно в моей спальне. Но руки моего супруга по-прежнему находились на моей стянутой тугим корсетом талии, и он до сих пор не предпринял ни одной попытки как-то освободить меня от лишней одежды. Хотя его поцелуи, с каждым разом становившиеся всё требовательнее и требовательнее, говорили, что он очень хотел это сделать. И я абсолютно не понимала, что его до сих пор останавливало.
— Неужели я всё-таки попаду в твой невероятно длинный список… «побед»? — с иронией в голосе прошептала я, немного переведя дыхание после продолжительного поцелуя.